Изменить размер шрифта - +
О церемонии, которая должна была состояться нынче вечером, знали немногие. Но и они были напуганы жестокими убийствами русских экспатриантов, случившимися около года назад в Новом Свете. Этот факт был мало кому известен, если не считать сыщиков из российского МВД, которые, впрочем, тоже не предавали его огласке во избежание громкого политического скандала. Более того, убийства произошли в тот момент, когда в обществе поползли слухи о возможном восстановлении в России монархического строя.

Через своих адвокатов она пыталась убедить правительство России в том, что убийства были совершены с целью заткнуть рты людям, которые остались верны великому князю. Однако доказательства этой версии найдены не были. Вину за серию убийств возложили на сумасшедшего Реймонда Оливера Торна, который скончался от ран, полученных в перестрелке с полицейскими Лос‑Анджелеса. Примерно в то же время затихли разговоры о возможном восстановлении монархии в России. И вот теперь эта тема вновь оказалась на повестке дня.

Однако совсем недавно в течение нескольких дней произошли убийства видных представителей русской заграничной общины – Фабиана Кюртэ в Монако и Альфреда Нойса в Париже. Несмотря на то что ни один из них не являлся членом императорской фамилии, их смерть вызвала беспокойство у всех Романовых. Тем более что Нойс, как известно, давно являлся мишенью Реймонда Торна, а встреча членов дома Романовых должна была состояться именно в том городе, где его убили.

– Ваша светлость! – Октавио, широко улыбаясь, кивнул на дорожный знак с надписью «ПАРИЖ». – Мы уже почти приехали.

– Замечательно!

Великая княгиня Екатерина Михайловна опустила взгляд на кроссворд, лежавший у нее на коленях. Неразгаданным оставалось только одно слово, номер 24 по горизонтали: «Наследник царя». Она улыбнулась и вписала ответ: «ЦАРЕВИЧ».

 

50

 

Где‑то вдалеке Мартен услышал звонок в дверь. Он прозвучал один раз, затем второй и после короткого перерыва стал трезвонить без остановки. Наконец звон прекратился, и Мартену показалось, что он слышит голоса, хотя полной уверенности в этом не было. Через минуту в дверь его комнаты постучали, и вошел Арман в футболке и шортах, вытирая полотенцем пену для бритья с щек.

– Тебе лучше выйти, – сказал он.

– Кто там?

– Полиция.

– Что? – Сна не осталось ни в одном глазу.

– И еще женщина.

– Женщина?

– Да.

– Какая еще женщина?

– Я не знаю.

Мартен вскочил, натянул джинсы, майку и вышел из спальни. Как долго он спал: час, два или больше? Он оказался прав, предположив, что полиция непременно нагрянет сюда, но что за женщина пришла с ними? Ребекка? Нет, не может быть, иначе Арман предупредил бы его.

Мартен направился к входной двери и, увидев визитеров, открыл рот от удивления.

– Клем?

– Николас, что за… тут происходит? – Леди Клементина Симпсон кинулась к нему, едва не сбив с ног стоявшего рядом с ней полицейского.

Темно‑синий костюм измят, волосы растрепаны, женщина задыхалась и, судя по всем этим признакам, была в бешенстве. А позади нее маячила долговязая фигура инспектора Ленара, под мышкой у которого находился большой пакет. Рядом с ним стоял еще один инспектор, Роже, с которым Мартен уже успел познакомиться, двое патрульных и… Коваленко.

– Этот человек, – Клем уничтожающе покосилась на Ленара, – и еще один придурок, русский, схватили меня в аэропорту, затащили в какую‑то комнату и принялись допрашивать! И потом всю дорогу до этого дома задавали вопросы. Что все это значит?.. – Теперь она смотрела на своего любовника. – Откуда им стало известно, что я должна приехать? Откуда они вообще меня знают? Так вот, я скажу тебе откуда! Кто‑то из них позвонил в университет и получил закрытую для всех остальных информацию! Ты прекрасно понимаешь, что я имею в виду.

Быстрый переход