|
Возможно. Но для обычных мирян, к числу которых принадлежал и Ило, экраны эти существовали единственно как идея – их реальность была для них достаточно условной и, что важнее, невидимой. Попади к нему в руки магические свитки, он смог бы посоветоваться с волшебниками, но, увы, свитки лежали в кармане у Шанди. Просить их – значило бы навлекать на себя лишние подозрения обезумевшего императора; конечно, их можно было выкрасть ночью, но даже и в этом случае ответа можно было ждать не день и не два.
– Сегодня мы уже никуда не пойдем, – сказал Ило, почувствовав, что он наконец нашел нужный тон. – Мост закрыт на ночь. Шанди недоуменно хмыкнул и посмотрел на своего спутника с нескрываемым подозрением. Географические споры легионеров, находившихся у них за спиной, вспыхнули с новой силой. – Думаю, поесть мы здесь не сможем, – продолжил Ило. – Представляю, что бы они нам подали… Там, наверху, у нас есть яблоки и кой-какая снедь. Мне кажется, нам следует подняться к себе в номер, перекусить и лечь спать, чтобы завтра подняться пораньше… – Неужели ты и к бабам не пойдешь? – Думаю, они мало чем отличаются от здешней кормежки. – Прежде такие вещи тебя не смущали. Несмотря на явное умопомешательство, Шанди сохранил свойственную ему проницательность, которая, возможно, стала только острее, поскольку теперь ее питала крайняя подозрительность. – Ничего, потом наверстаю, – ответил Ило, взмокнув от волнения. – Идем. Меня от этого места уже тошнит. Шанди осторожно поставил кружку на стол и медленно поднялся на ноги. Его заметно покачивало. – Ты прав, – буркнул он. – День был трудным. Слова эти не соответствовали действительности. За весь этот день они не проехали и пятнадцати лиг, хотя в свое время Шанди проезжал за день расстояния, которые были втрое больше. Постояв на месте, Шанди вновь плюхнулся на стул. – Дай мне пива. Кто бы мог подумать, что этот грязный небритый человек некогда был блистательным принцем, которому Ило служил верой и правдой? Либо он был пьян, либо окончательно спятил… Первое казалось совершенно немыслимым, впрочем, немыслимой была и та ситуация, в которой они оказались. – Ишан, тебе больше не следует пить, слышишь? – Я не Ишан! – взорвался Шанди, лицо которого мгновенно побагровело от гнева. – Хватит с меня этих дурацких игрищ! С этого момента таиться я больше не буду и поеду я в свой дворец, а не в какой-то там Мосрейс! Все, я сыт по горло этими небылицами! Какой ужас! Что должен был делать Ило? Ведь теперь в его руках находилась судьба всего мира! Он не хотел этого. Он не знал, как ему следует поступить. Как можно быстрее увезти Шанди подальше от Хаба и посмотреть, что будет дальше, – ничего иного в голову ему не приходило. Он все еще надеялся, что на расстоянии влияние Сговора ослабнет и Шанди сможет прийти в себя. Он стал прикидывать, удастся ли увезти императора силой, и тут же понял, что сделать это невозможно. Может, привязать его к седлу? Шанди был достаточно силен физически, к тому же он мог под-нить крик. Отвести его в комнату и там оглушить кувшином? Оглушить императора? Глушить его день за днем? Нет, все это блажь… И тут он понял, что люди, сидевшие за соседним столиком, разом замолчали. Он обернулся и встретился взглядом с одним из них. Из-за леса кружек на него смотрели еще три лица. Они слышали все, что сказал Шанди, а наговорить он успел немало… Все эти люди были одеты в гражданские одежды. Они были староваты для солдат, но та уверенность, с которой они себя держали, говорила о том, что Ило видит не кого-нибудь, но именно легионеров. У человека, сидевшего ближе всего к императору, нос был изуродован глубоким шрамом. Четверо мужчин сорока – сорока пяти лет… Вне всяких сомнений, он видел ветеранов, отслуживших положенные двадцать пять лет и теперь разъезжавшихся по домам. |
