– Ты не такой, как другие. Сегодня у меня было самое лучшее спаривание в моей жизни. Ни один самец до тебя так не делал.

Она ласково прикусила мне кожу на плече. Потом оторвалась и добавила:

– Но ты, гад, совсем не боишься меня. Я этого не люблю.

Я снова промолчал. Говорить нечего – я настоящий извращенец.

Самое главное, что я понял из случившегося – это то, что мне надо как можно быстрее завершать своё настоящее дело. Привязать к себе Кохуари – это очень плохая идея. Нам надо срочно расстаться.

***

 Этой же ночью я решил, что завтра обязательно сам отправлюсь в район, где в последний раз видели Ольгу. Я не доверял своим подчиненным. Похоже, они считали меня выскочкой, неизвестно, как пробившимся к Правительнице, и вполне могли саботировать мои просьбы докладывать о любых необычных Диких. То, как я попал на Браму, тоже наложило свой отпечаток на мои отношения с остальными. Они настоящие сидельцы, уголовники с богатым прошлым, а кто я? Только что дерусь лучше всех. Хватит горбатиться на Кохуари, я не для этого рвался на Браму. Если Ольга узнает, что я столько времени находился рядом и не смог её найти, она мне голову оторвет.

Прошла уже почти неделя, как я нахожусь в Браммеринге, и при этом ни на шаг не приблизился к своей цели. Никаких следов Ольги и Гнома. Хотя то, что они здесь появлялись – факт доказанный. Я лично разговаривал с охранником и самками из борделя Граума. По описанию, это были точно они – самка, похожая на Синиемаки или Свагла, и уродец, непохожий ни на кого. Одноглазый охранник до сих пор злился на Диких, хоть и не сказал из-за чего. Но рассказали самочки: эта странная парочка, несмотря на небольшой рост, смогла избить этого здоровенного Рангуна и даже лишили его глаза. Это еще добавило уверенности, что это именно те, кого я ищу. Я улыбнулся и подумал: пусть радуется тому, что легко отделался.

Кроме того, я нашел и тех, кто привел их сюда, в Браммеринг. Одна небольшая банда с окраины города. Но эти злились намного сильнее. И вполне заслуженно: здесь после Ольги и Гнома остались не только разбитые морды, но и трупы. Бандиты тоже не забыли про моих друзей. Обещали, что если те попадутся, им не жить. Понятно, что главное тут не смерти «подельников», а потерянная выгода. После таких явных следов пребывания землян в Браммеринге я надеялся, что быстро найду их. Но мои надежды не оправдались. Ольга и Илья словно растворились. Итоговое мое достижение в этом деле: я вычислил район, где их видели в последний раз. Палатки – граница между районом, где Рангуны жили, и районом, где уже не жили, а выживали. Район огромный, самый большой по площади в Браммеринге, а времени у меня мало. Я злился.

 Полностью погрузиться в поиски мне не давала «работа» – оказывается, должность «помощника» Правительницы, это совсем не сахар. Я не ожидал, что мне придется столько крутиться. Правительница, похоже, почувствовала, что я даю результат, и стала грузить меня по полной. Но, кроме того, что дел действительно много, сама Кохуари добавляла мне их своим непостоянством и истеричностью. С утра она утверждала одно, а к обеду могла все полностью перевернуть. Однако я понял, что если я добьюсь того, что она хочет, если будет результат, то Кохуари и не вспомнит, что я сделал это по-своему, не так, как приказывала она. Поэтому я вовсю пользовался этим, делал так, как видел это сам. Как оказалось, мне помогает мой земной опыт.