Я заперла дверь и подошла к окну отдернуть занавески. Я любила просыпаться в ярко освещенной комнате. Жерар д'Обинье стоял на лужайке и смотрел на дом. Сразу заметив меня в окне, он поклонился. У меня ноги приросли к полу. Несколько минут я стояла, не в силах пошевелиться, и разглядывала его. Он приложил пальцы к губам и послал мне воздушный поцелуй.

Еще несколько мгновений мы смотрели друг на друга. Потом я резко повернулась и пошла прочь от окна.

Я вся дрожала. Глупо, но этот мужчина имел надо мной какую-то непонятную власть.

Это потому, твердила я себе, что я не могу забыть то, как он возник передо мной. Мне он показался нереальным, потому что это случилось в том месте, где водятся привидения.

Я задула свечу и легла в постель. Но сон не шел ко мне. Я вновь и вновь перебирала события дня. Я думала о дяде Карле и о его поручении и внушала себе, что необходимо завтра же поехать к адвокату. Но мое вечернее приключение затмевало все остальные происшествия. Я поймала себя на том, что вновь и вновь вспоминаю его во всех деталях.

В результате я снова поднялась и подошла к окну. Не знаю, неужели я была настолько глупа, что надеялась увидеть его на том же месте. Там, конечно, никого не было.

Я вернулась в постель, но заснуть мне удалось лишь на рассвете.

ЛЮБОВНИКИ

Проснувшись следующим утром, я начала обдумывать свои планы. Я увижу дядю в одиннадцать и должна действовать так, чтобы не возбудить подозрений у Джесси. Поэтому я решила, что в город поеду только после обеда и найду там адвокатскую контору «Розен, Стид и Розен». Таким образом, у меня останется масса времени, и, придя к дяде, смогу ему намекнуть, когда отправлюсь по его поручению.

Когда я спустилась, Джесси и Эвелина уже завтракали. Это, однако, не помешало Джесси без конца что-то говорить мне, пока я ела.

— Я полагаю, вы собираетесь навестить «хозяйчика» в одиннадцать, сказала она. Я кивнула.

— Он так обрадуется, бедняжка. Он так возбужден из-за вашего приезда. Я делала все возможное, чтобы успокоить его. — Джесси попыталась дружески подтолкнуть меня, что, к счастью, было невозможно, так как нас разделял стол. — Ну, вы знаете, как это бывает… Он иногда так устает, начинает немного бредить.

Я вовсе не была в этом уверена и сочла, что для Джесси это, скорее, способ самозащиты.

Так или иначе, в одиннадцать я сидела на краешке постели дяди Карла и старалась дать ему понять, зачем я собираюсь в город днем.

— Туда идти добрых полтора часа, — заметила Джесси. — Не желаете ли, чтобы вас отвезли в коляске?

— Нет, — быстро ответила я. Мне не хотелось, чтобы кто-то из грумов потом доложил, где я была. — Я с удовольствием прогуляюсь одна. Для меня это в своем роде путешествие-воспоминания. Я как бы снова возвращаюсь в детство.

— Ладно, мы же хотим, чтобы вы проводили время так, как вам нравится, так ведь, «хозяйчик»?

Дядя Карл пожал мне руку, поняв, что сегодня днем я нанесу визит законникам.

Я чувствовала, что нет необходимости дожидаться, пока Джесси отправится на свое ежедневное свидание в дом управляющего. Вскоре после часа я пошла в город.

Дорога проходила рядом с Эндерби, и я не слишком удивилась, столкнувшись лицом к лицу с Жераром д'Обинье. Более того, я подумала, что он высматривал меня.

При свете дня он выглядел так же элегантно, как и в сумерках. Одет он был почти так же, если не считать, что на этот раз куртка его была из коричневого бархата, но такого же свободного покроя, создающего впечатление неотразимой, обаятельной дерзости.

Он поклонился и произнес:

— Я надеюсь, вы простите, что я поджидаю вас.

— О… почему?

— У меня возникло нестерпимое желание увидеть мой очаровательный призрак при свете дня.