Лиир! крикнул Кай. Дункан стремительно обернулся, рука его оказалась на рукояти кинжала - но трое нападавших в темном уже стаскивали его с коня.

Чэйсули тут же оказался на ногах, сжимая клинок в руке.

Аликс вскрикнула, внезапно ее гнев и отчаянье исчезли без следа - остался только страх за Дункана.

Кай стрелой упал с неба - ветерок пробежал по волосам Аликс. Ястреб крикнул и, выставив когти, бросился на нападавших.

Конь Аликс шарахнулся в сторону. Девушка взвизгнула и вцепилась жесткими пальцами в поводья и гриву, стараясь удержаться в седле. Она слишком мало знала о лошадях, никогда раньше не ездила одна, и, теперь пыталась только сдержать коня, чтобы он случайно не ударил Дункана копытом.

Она слышала крик Дункана, но не успела понять, что с ним: ее конь взбрыкнул передними ногами и понес.

Подковы выбивали искры из брусчатки улиц, конь скакал вперед, не разбирая дороги, перескакивая через препятствия. Аликс пыталась удержаться в седле.

Больше она ничего не могла сделать, а потому отдалась на милость богов. В конце концов, конь поскользнулся, ноги у него разъехались, и девушка едва не вылетела из седла, Гранаты и жемчуга дождем сыпались из ее прически, волосы растрепались и в беспорядке рассыпались по плечам. Она намотала поводья на руку и потянула в сторону голову коня, пытаясь если уж не остановить его, то хотя бы замедлить его бег - и, наконец, ей это удалось, хотя она при этом потеряла плащ. Но тут конь взбрыкнул, и она вылетела из седла, больно ударившись о камни мостовой…

Едва придя в себя, Аликс обнаружила, что что-то тянет ее за руку, и поняла, что если она немедленно не освободится от намотанных на запястье поводьев, конь просто поволочет ее за собой по улице. Освободить руку ей удалось, хотя и не сразу - голова кружилась, перед глазами все плыло, а кости, казалось, были переломаны все до одной.

Девушка услышала легкий стук и осознала, что это стук мелких камешков драгоценная сеточка, державшая ее волосы, окончательно порвалась. Она выяснила также, что пояс ее потерян безвозвратно, а юбки испачканы и изорваны. Но она постаралась забыть об этом и приподнялась.

Конь ее так и не сумел подняться на ноги и теперь лежал на боку, тяжело дыша. Она побоялась подойти к нему, страшась увидеть, что с ним произошло, устало поднялась на ноги, отбросила назад волосы, заправила за уши особо непокорные пряди и выяснила, что серьги чудом уцелели. Поняв, что ходить она все-таки сможет, девушка подобрала тяжелые юбки и медленно пошла назад…

***

Дойдя до того места, где она рассталась с Дунканом, Аликс поняла, что Чэйсули там уже нет. В неверном свете факела на камнях мостовой были распростерты два тела: у одного в животе зияла ножевая рана, лоб второго был прочерчен бороздами от когтей, а из разорванного горла до сих пор текла кровь.

Третьего нигде не было видно.

Аликс пошатнулась и зажала рот руками, чувствуя непреодолимую тошноту.

Напротив раскрылась дверь, Аликс осветил луч фонаря, С порога на нее смотрел старик, державший за ошейник рычащего пса. Он поднял фонарь, чтобы ярче осветить улицу, и Аликс инстинктивно отшатнулась, вжавшись в стену.

Но старик увидел ее. Его темные глаза расширились, потом сузились, когда его взгляд упал на убитых. Голос старика царапал слух:

- Ведьма! Ведьма-оборотень!

Аликс поднесла к лицу дрожащую руку, впервые осознав, сколь сильна в ней кровь отца.

- Нет, - отчетливо произнесла она. Рука, сжимавшая ошейник, ослабла, и Аликс, испугавшись, что старик спустит на нее пса, бросилась бежать, подобрав юбки.

Она бежала и бежала, пока ей не начало казаться, что воздух разрывает ей легкие изнутри, ноги у нее подкосились, и, почти бездыханная, она упала у колодца на пересечении улиц.