Немного придя в себя и отдышавшись, девушка припала к бадье с водой. Вода приятно холодила пересохшее горло, стекала на грудь и живот, вода выплескивалась через край, заливая бархат ее когда-то

изящного платья, но ей было уже все равно.

- Не оставите ли вы немного воды для моего коня, благородная госпожа? спросил тихий голос.

Аликс выпрямилась рывком, уронив бадью в колодец, пальцы конвульсивно стиснули бархат платья.

Человек двигался мягко и бесшумно, он явился из тени, словно призрак.

Темный, ниспадающий до пят плащ его был застегнут на левом плече серебряной пряжкой странной формы, но откинутая пола давала возможность видеть поблескивающую серебром рукоять меча у бедра. Хотя незнакомец и шел в темноте, с ним вместе, казалось, небольшая площадь озарилась каким-то неверным мерцающим светом.

Лицо незнакомца было спокойным, красивые черты излучали странную завораживающую силу, какой Аликс прежде не видела пив ком, а улыбка словно бы обволакивала. Борода и волосы человека были смоляно-черными и аккуратно подстриженными. Глаза его, черные, как безлунная ночь, смотрели ласково и успокаивающе. За ним в поводу шел вороной конь.

- Не бойтесь меня, госпожа моя. Мне нужна только вода - напоить коня, - он мягко улыбнулся, - а вовсе не женщина, чтобы пронести ночь.

Аликс, несмотря на боль и усталость, остро ощутила насмешку незнакомца.

Она выпрямилась и пристально взглянула на него, подыскивая слова для достойного ответа - но, встретив его взгляд, внезапно утратила весь свой боевой пыл, ощутив себя странно беспомощной перед ним.

- Колодец ваш, мой господин, - девушка сделала слабый жест рукой.

Незнакомец не спеша набрал воды и крепко взялся за бадью руками в перчатках, наклонив ее, чтобы коню было легче пить. На Аликс он смотрел почти отечески ласково:

- Вам, я вижу, многое пришлось пережить этой ночью, госпожа моя, - тихо промолвил он. - Вам причинили зло?

- Нет. Со мной все в порядке.

- Не пытайтесь скрыть от меня правду. Мне довольно только взглянуть вам в глаза.

Она вспомнила о своих растрепанных волосах и грязном платье.

- На нас напали воры, мой господин.

- Сейчас вы одна.

- Человек, с которым я ехала, остался сражаться с грабителями. Мои конь испугался и понес. Чтобы остановить его, мне пришлось заставить его упасть на камни, - она зябко передернула плечами, вспомнив пережитой страх. - Теперь мне придется идти пешком…

- А как же ваш сопровождающий? Аликс отвела глаза:

- Я не знаю, господин мой. Быть может, он убит, - с неумолимой отчетливостью воображение нарисовало ей мертвого Дункана, скорчившегося на камнях мостовой, и это видение пронзило ее душу нестерпимой болью.

- Говоря так, вы отдаете себя в мои руки, - мягко сказал незнакомец.

По спине Аликс пробежал холодок страха, но она была слишком измученной, слишком устала, чтобы испугаться по-настоящему, ей было почти все равно.

- Пусть так, господин мой, и что же вы станете делать со мной?

Незнакомец снова опустил бадью в колодец и потрепал шелковистую морду своего вороного:

- Помогу вам, госпожа, - его улыбка была такой успокаивающей, что Аликс невольно почувствовала доверие к нему. - Выйдите на свет и взгляните на меня.

Если я покажусь вам подозрительным, вы просто уйдете. Я не стану вам мешать. Но если вы найдете мои намерения честными, то сможете пойти со мной.

Аликс подчинилась без слов. Выглядел незнакомец человеком спокойным и благородным, а судя по тому, как он относился к своему коню, еще и добрым. Она долго смотрела ему в глаза, словно искала в них ответ.

Наконец, девушка вздохнула:

- Я так устала за эти день и ночь, что мне почти нет дела до ваших намерений.