И наконец это случилось. Мильбурн сделал выпад, целясь Алексу в горло, но Алекс парировал. Затем грубо и резко нанес противнику удар в сердце. Мильбурн упал мертвый. Алекс отбросил свою окровавленную шпагу и поднял на руки Элизабет.

Он держал ее крепко, а она шептала без перерыва:

— Любовь моя, любовь моя, любовь моя…

— Все в порядке, моя сладкая, все уже позади, — он целовал ее губы и теребил волосы своими сильными загорелыми руками. — Все уже хорошо, и никто на свете никогда не причинит тебе никакого вреда.

— Я думала… ведь предполагалось, что тебя должны…

— Я знаю. Но гренгеровский план провалился. — Он коротко рассмеялся. — Ты понимаешь, он не принял в расчет одну вещь: я тебя люблю, я тебе доверяю и ни на минуту не усомнился в тебе, моя сладкая. Таким образом, в его плане была ошибка — фатальная ошибка, непростительная для Гренгера.

— Ох, Алекс…

— Кроме тебя, теперь все остальное уже не имеет значения, Лиззи, — прошептал он, и его руки прижали ее еще крепче. Казалось, оба совершенно забыли о том, что их окружает; все сосредоточилось на них самих, на том, что они снова вместе.

— Мы должны пожениться как можно скорее, — сказал он нежно ей на ухо.

И тогда Элизабет вспомнила о ребенке, которого носила. Он же скоро должен стать отцом, а даже не знает об этом.

— В чем дело, любовь моя? — спросил Алекс весело с блестящими глазами.

Внезапно Элизабет почувствовала слабость и робость. Она посмотрела на свой живот, бессознательно опустив на него руку. Затем нежно улыбнулась, и Алекс в первый раз увидел незнакомое выражение ее лица.

— У нас будет ребенок, — прошептала она, не в силах скрыть счастья. — У нас скоро будет малыш, моя любовь.

Серые глаза Алекса расширились. Он быстро переводил взгляд с ее лица на все еще стройную фигуру. Его голос, когда Алекс заговорил, просто дрожал от радости.

— Ты уверена?

Элизабет счастливо кивнула:

— Да, мое счастье. Ты доволен этим?

Вместо ответа он снова взял Элизабет на руки, стиснул в объятиях, но вдруг вспомнил о ее положении. Его руки внезапно стали нежными, как будто она была сделана из стекла. Элизабет засмеялась и поцеловала его лохматые волосы, постоянно свисающие ему на глаза.

— Я вижу, ты доволен, — улыбнулась она. — Уверяю тебя, я чувствую от этого настоящее облегчение… — Ее глаза сияли, когда она продолжала, слегка поддразнивая: — В конце концов я не знала, чего можно от тебя ожидать. Эти безжалостные каперы так непредсказуемы, ты же знаешь.

— А общество испорченных великосветских потаскушек так скучно, — парировал он и снова обнял ее. — А теперь, Лиззи, думаю, самое время отправиться домой и уложить тебя в постель. С утра тебе предстоит заняться распоряжениями насчет подвенечных нарядов, а мне следует заняться другими приготовлениями. Бен Тукер и его Кэрри будут вовсе не единственной парой, которая счастливо сочетается браком в этом месяце. — Алекс понес ее на руках, и когда она начала противиться, говоря, что может идти сама, оборвал ее без стеснения:

— Помолчи, девочка.