— Я слышу, ты опять помянула нечистого, — раздался тихий голос.

В дверях стояла матушка-сержант. Выглядела она бледно, но держалась прямо, хотя и опиралась на плечо медсестры. Алекса снова извинилась. Матушка-сержант покачала головой.

— Ты о себе подумай, — сказала она. — Только помянешь его, и он тут как тут. Мало у тебя неприятностей в последнее время было? Вот. Основа выживания — это выдержка, а ты даже на словах не сдержана. Куда это годится?

Алекса изобразила на лице некое подобие раскаяния и признала, что да, без выдержки хоть прямо сейчас ложись и помирай. Матушка-сержант тихо вздохнула. В раскаяние Алексы она, похоже, не поверила ни на йоту.

— С одеждой у нас сейчас не густо, — сказала матушка-сержант. — Но чем можем, поможем.

Она повернулась, приглашая настоятельницу присоединиться к разговору. Та прошла в комнату. Алекса кратко обрисовала ей суть нового плана и подробно описала тот эротичный костюмчик, который был на рыжеволосой хозяйке, когда они видели ее в последний раз. Матушка-сержант слушала и хмурилась.

— Нет, — сказала настоятельница. — Такого у нас нет. Хотя погодите! Тот мужчина, который укрылся у нас со своей семьей, однажды приносил нечто подобное. Предлагал в корзину для бедных. И как раз красного цвета.

— И где это? — тотчас спросила Алекса.

Настоятельница пожала плечами.

— Мы отказались, — сказала она. — Не можем же мы предлагать людям носить подобное, даже если они в бедности своей готовы на что угодно.

— Ясно, спасибо, — быстро ответила Алекса. — Тогда надо найти этого парня, пока он не свалил.

Махнув рукой остальным, она молнией метнулась к выходу. Катя с Яной оглянулись на Кирилла. Тот так и не высмотрел, что там напугало птиц, но интуиция орала в голос, что надо поторапливаться.

— Других вариантов у нас всё равно нет, — сказал Кирилл. — А время уходит.

Стараясь не смотреть на монахинь, он вышел из комнаты. Катя с Яной последовали за ним. Настоятельница вздохнула и сказала, что она еще подумает насчет пулемета.

Лучник, к счастью, пока никуда не делся. Заштопав штаны, он со всей семьей отрабатывал спасение, раскапывая кучу сгоревших мертвецов. С ними работали еще несколько монахинь. Тела и непригодные вещи сбрасывали в овраг, а полезные находки складировали во дворе. Последних было немного и до наступления конца света все эти вещи задержались бы разве что у очень бережливого человека.

Ворота были открыты нараспашку. Пулеметчицы дежурили у своего оружия, а сверху с башенки у ворот за раскопками приглядывала сестра Анна с автоматом на плече. Когда лучник принес очередной трофей, Алекса отозвала его в сторонку. Тот, опасливо косясь в сторону открытых врат, торопливо нырнул в тень башенки.

— Нужна твоя помощь, — сказала Алекса.

— У меня семья, — тотчас ответил лучник.

— А у меня — вопросы.

— Это можно, — согласился лучник.

Стремясь поскорее отделаться от опасной собеседницы, он быстро выложил всё, что ее интересовало.

Как оказалось, еще в начале весны лучник отыскал в развалинах на берегу бывший секс-шоп. Входную дверь кто-то экспроприировал, однако в остальном там сохранился вполне приличный подвальчик, который мог бы стать убежищем, не будь он так близко от реки. Судя по следам, твари туда наведывались регулярно. Мародеры, напротив, обошли магазинчик стороной. После конца света представленный там товар был совершенно не востребован.