По словам лучника, смотритель арены охотно скупал всякие цепи, наручники и прочие подобные аксессуары. Всё это придавало боям зрелищности.

— Те люди всё равно бы погибли, а мне семью кормить надо, — оправдывался лучник.

— Ну да, типа того, — отозвалась Алекса. — Давай уже ближе к делу.

Лучник торопливо кивнул. Наряды из секс-шопа пошли вообще на ура. В отличие от цепей, редкий наряд переживал свою носительницу на арене, что значительно увеличивало ценность подходящих костюмов. Смотритель почти не глядя взял всё, что притащил ему лучник, за одним-единственным исключением. Красный кожаный костюм он брать отказался. Тот был в отличном состоянии и более чем фривольный, однако, как сказал смотритель, на красном кровь плохо видна, а зрители на арене всё-таки жаждут в первую очередь именно крови.

— Ага, и где этот костюм теперь? — спросила Алекса.

— Отнёс обратно, — сказал лучник. — Так-то от него проку мало. Хотел вот в монастырь отдать, тоже не взяли. Ну, я и подумал, пусть там лежит. Вдруг когда пригодится.

— Это ты правильно решил, — похвалила его Алекса. — Пригодится. Показывай, где это.

— Э-э… покажу, но на карте.

— Годится, — согласилась Алекса.

По карте оказалось почти рядом. Лучник подробно растолковал, как теперь туда добраться безопаснее — безопаснее, разумеется, только на фоне других вариантов — и убежал собирать трофеи.

— Отлично, — сказала Алекса, когда она и остальные члены команды склонились над картой. — Значит, костюмчик здесь, мертвяки вылезли откуда-то отсюда, а эту вашу рыжую мы последний раз видели на берегу примерно тут. Всё почти рядом.

— Почти, — уточнила Яна. — И смотри, уже темнеет.

— Да это пока только тучи, — отмахнулась Алекса. — Похоже, дождь будет.

— Всё равно будет плохо видно, — сказала Яна. — И нам, и нас. А ведь это — часть плана.

Она оглянулась на Кирилла. Тот внимательно разглядывал карту, намечая пути прохода между тремя точками, на которые указала Алекса. Все они имели свои недостатки.

— Что? — переспросил Кирилл. — А, да, часть плана. Только хорошо бы нас увидели уже после того, как мы переоденем Алексу и найдем проход к арене.

— Короче, времени мало, — подытожила Алекса. — Тогда давайте так: я метнусь быстро за костюмом, а вы пока ищите путь к арене.

— Мы с Яной, — сказал Кирилл. — Катя, ты останешься здесь, и попробуй убедить монахинь всё-таки помочь нам.

Судя по выражению лица, Катя такую расстановку сил полностью поддерживала, однако, вздохнув, она покачала головой, и заявила, что тоже в деле:

— Без толку. Поверь мне, я знаю, когда торг закончен. Они будут вздыхать, мяться, но они уже сделали свой выбор. Разве что патронов выпрошу, но это я с них и так стрясу, если намекну, что мы уходим насовсем. Так что я с вами. Искать — это, конечно, не ко мне, но хотя бы на шухере я постоять смогу.

— Думаю, это было бы кстати, — заметила Яна. — Не хочу я Алексу одну отпускать.

— Да что со мной случится-то? — небрежно отмахнулась та.

— Не хочу даже предполагать, — стояла на своем Яна. — И не забывай, ты у нас теперь ключевой элемент плана. Поэтому мое предложение такое: я пошарю в руинах, Катя меня там прикроет, а ты, Кирилл, присмотри, пожалуйста за нашим излишне бесстрашным командиром.

Алекса возмущенно фыркнула и обратила выразительный взгляд в сторону Кирилла.