Свет от зажигалки разгорелся чуть ярче и коснулся двух массивных колонн. Вначале той, что слева, а потом, когда Кирилл, потеряв на секунду равновесие, махнул рукой, то и справа. Огонёк отразился от полированной поверхности и остался на ней. Более того, он отражался вновь и вновь, пока обе колонны не засветились в темноте. Их сияние было неярким и вдобавок имело отчетливый зеленоватый оттенок, но его хватило, чтобы рассмотреть ближайшую к норе часть пещеры.

Внизу, прямо под норой, была широкая яма, до краев заполненная водой. По земле из темной части пещеры к ней тянулись толстые засохшие корни. Пол был покрыт ровным слоем засохших водорослей. Сверху свисали корни потоньше. Их было столько, что возникало впечатление, будто бы наверху не разрушенная многоэтажка, а густой лес.

— Надо же, — хмыкнул Кирилл.

Рюкзак ткнулся ему в ноги. Рука соскользнула с края и курьер кувырнулся вниз.

— Твою ж… — крикнул он.

Закончить фразу Кирилл не успел. Он плюхнулся в воду. Та оказалась теплой и сладкой. Кирилл сделал всего один глоток, а ощущение было словно бы съел целую тарелку спелой клубники. Курьер еще не забыл ее вкус. По осени их команда наткнулась на плантацию клубники. Ее хозяева, обратившись в зомби, угодили в ими же выкопанную канаву, где и застряли в грязи. Стоя там, они могли лишь ворчать на трех голодных мародеров, обобравших плантацию подчистую.

Перевернувшись в воде, Кирилл вынырнул на поверхность. Рядом с ямой на землю шлепнулся рюкзак. Из норы высунулась Яна.

— Эй, что случилось? — тихо окликнула она.

— Я искупался, — отозвался Кирилл, хватаясь за корень.

— Надо быть аккуратнее, — сказала Яна.

Девушка быстро спустилась вниз. Обежав по краю ямы, она упала на колени, протягивая руку Кириллу. Тот, опасаясь стянуть вниз хрупкую девушку, больше цеплялся за корни, но Яна всё равно поучаствовала в спасении, ухватив курьера за шиворот. Чуть не придушила. Кирилл, отфыркиваясь, выбрался из воды и сел на краю, оглядываясь по сторонам.

Пока он купался, света заметно прибавилось. Дальше стояли еще две колонны и они тоже начали светиться. На участке между ними стоял здоровенный кокон. Корни росли из него.

— Это еще что? — прошептал Кирилл.

— Кокон, — ответила Яна. — Мы такие уже находили. Там внутри дохлый пришелец. Говорят, этот кокон высосал из него генетический материал и передал его по этим вот корням в яму рождения тварей, ну а там… Кирилл, посмотри-ка сюда.

Кирилл повернул голову. Девушка указывала пальцем в яму. Свет от колонн проникал до самого дна. На дне сплошняком стояли коконы. Они были раза в четыре поменьше первого. Сквозь полупрозрачную оболочку Кирилл разглядел внутри них какие-то темные силуэты.

— Твари так и не вылупились, — сказала Яна.

— Тем хуже для них, — беспечно отозвался Кирилл.

— Да как сказать…

Яна потянула носом воздух. Кирилл перевел взгляд на девушку, и внезапно осознал, как же она красива.

Яна стояла у самого края на четвереньках, изогнувшись столь грациозно, что самая гибкая представительница семейства кошачьих казалась бы рядом с ней неуклюжей черепашкой. А еще у нее было потрясающе милое личико. Кирилл даже удивился, как он не замечал этого раньше. Курьер решил, что это из-за повязки на глазу. С того ракурса, с которого он наблюдал за девушкой, повязка была практически невидна.

Зато с того же ракурса можно было оценить все изгибы ее стройного тела. Черная рубашка, туго завязанная на груди, четко эту грудь очерчивала, а талия так и вовсе была открыта. Широкие штаны только казались бесформенными, но на самом деле складки старательно подчеркивали скрытые под ними бедра.