Найденов нанес щадящий удар в челюсть. Тело сползло по стене. Так, снимаем с него обувь, носки ему в рот, оторванный капюшон завязываем на лице, кисти рук его же ремнем сматываем за спиной. Клиент к транспортировке готов. Забираем рюкзак, автомат и ботинки. Загадочное исчезновение. Ушел за пивом и не вернулся. Тайна «Марии Селесты». Тело захлопало глазами.

Что носки не вкусные? Надо было чаще стирать. Бегом! — и для придания скорости ботинком ему куда придется. «Язык» бодро побежал, поглядывая под ноги.

Выскочив из ворот, Алексей повернул направо, добежал до конца забора и повел группу к большому поваленному дереву. Позицию эту он присмотрел давно. Это была одна из его любимых маленьких хитростей — затаиться под самым носом у противника, пусть они обшаривают всю остальную территорию, а он будет сидеть у них под боком. В свою бытность курсантом он успешно пересиживал грозовые минуты в приемной начальника училища и в более серьезных ситуациях этот способ его не подводил. Догнавший их Фунтик схватил «языка» за свободное плечо и, догадавшись, куда они направляются, активно его потащил. Бежать стало легче. Через две минуты свалившись за ствол метровой высоты, капитан приступил к допросу.

Сорвав с лица захваченного бандита капюшон, он резко двинул его кулаком в нос.

Жить хочешь?

Бандит невнятно замычал.

Значит, не хочешь, капитан нанес удар в ухо. Бандит замычал активнее и завращал глазами. Носки во рту говорить мешают, удивился капитан. Алексей резким движением выдернул кляп, намеренно порвав клиенту губу. Кровь горячей струйкой брызнула ему на подбородок. Клиент должен видеть, что его жизнь и здоровье никого не заботит. Это располагает к доверительной беседе. — Тебя как зовут? — ласково спросил капитан.

Дрын, ответил «язык».

А мама тебя как звала?

Детдомовский я.

Не туда занесло. Минус два балла.

Ну ладно, гражданин Дрын, жить-то хочешь?

Привычное обращение слегка приободрило Дрына.

Ничего я вам милицейским не скажу. Сажайте на сколько хотите. Все равно сбегу, а сдавать никого не буду.

Дрынчик, дорогой, сдавать никого не надо. Надо просто вульгарно спасать свою шкуру. Она у тебя одна, другой не будет. Какие милицейские? Ты о чем? Это операция отдела разведки округа. Вот тебе подарочек, чтоб ты мне поверил, капитан легко взмахнул клинком и показал Дрыну окровавленное ухо. — Видишь Дрынчик, я сначала отрежу тебе выступающие части тела, включая самую дорогую, а потом с живого сдеру шкуру и посыплю тебя солью. Фунтик, убери собачку, не стоит ребенку смотреть на то, что здесь будет.

Дрын перевел глаза в бок и увидел стоявшего на изготовку к прыжку Плаксу. Запахло от него скверно.

Ну что ж ты такой. Желудок слабый, мочевой пузырь еще хуже, а ты в бандиты пошел. Лежал бы где-нибудь в благотворительной больнице, лечился. Сколько человек в подземелье с Пауком?

Я там редко бываю. Я точно не знаю.

Все мы люди. Людям свойственно ошибаться. Говори, что знаешь.

Основное подземелье находится между нашим хозблоком и корпусами института, вон там за холмом. Оно состоит из трех или четырех подземных уровней. Лаборатория на втором. В институте склад готовой продукции. Его охраняют военные. В основном поляки. Но есть и прибалты. Латышские стрелки короче. Все что угодно за ваши деньги. Их там человек двадцать, половина всегда в подземелье. В логове Паука я сам не был, только разговоры слышал. В коридоре второго уровня в боковой стене вход, по лесенке вверх, там его личное убежище. Как-то ребята водку искали, полезли туда, когда его не было, так двое на растяжке подорвались. Потом всю ту смену отправили. Сказали на Свалку. Но больше их никто не видел. И к Пауку больше никто лазить не пытается.