— Прости, пожалуйста, — крикнула Лулу из кухни, увидев радостно скачущую собачку. — Совсем забыла, что закрыла ее в своей комнате. Как же она тебе радуется! Ты просто обязана вспомнить Козабеллу! Ты же назвала ее в честь своей любимой марки нижнего белья!

Любимая марка нижнего белья? У меня? Она издевается?

Несмотря на то, что я с Козабеллой была не знакома, она была явно знакома со мной. Я снова уселась на уютный белый диван, держа ее на руках. Бешено виляя хвостом, Козабелла начала, старательно облизывать мое лицо. Я, пожалуй, и не возражала: хотя бы одна положительная эмоция после всех сегодняшних стрессов.

Брендон устроился на диване напротив и озабоченно смотрел на меня. Увы, как я скоро поняла, про поцелуи он уже не думал.

— Хватит ходить вокруг да около. Никки, давай начистоту. Кто над тобой поработал? Аль-Каида?

— Брендон! — возмущенно заорала Лулу из кухни.

— Мало ли, — объяснил он, — может, они снова хотят нанести удар по свободному обществу? Тогда вполне логично выбрать мишенью официальное лицо «Старк» — одну из самых любимых моделей Америки.

— Аль-Каида понятия не имеет, как устраивать людям амнезию! — отрезала Лулу. — Такие технологии только у сайентологов.

Брендон печально посмотрел на меня.

— Признайся, Никки, это были сайентологи? — спросил он.

Я потерла виски:

— Так. Давайте все-таки проясним ситуацию. Я признаю, что мои внешность и голос очень напоминают Никки. Я прекрасно понимаю, что сижу сейчас в апартаментах Никки, в ее одежде и ее собственная собака облизывает мне лицо. Но я не Никки Ховард. Ясно?

— Ясно-то ясно, — проговорил Брендон, — только ты Никки и есть.

— Да нет же, — настаивала я. — Сама не понимаю, как такое могло произойти. Честное слово, я не Никки.

— Чепуха! — безапелляционно заявила Лулу, выйдя из кухни с подносом.

Ноздри защекотал аппетитный аромат. Однако когда Лулу поставила поднос на кофейный столик, покрытый плитой из белого мрамора, я не обнаружила ничего съедобного. По крайней мере, раньше бы я такое ни за что не съела. Сибас мне никогда не нравился. А суп? Японская баланда, судя по плавающим кусочкам тофу и водорослей. Гадость какая! Я ненавижу соевые бобы, а про водоросли вообще молчу. Рядом стояла чашка зеленого чая. Я не пью зеленый чай.

Да, наши с Никки вкусы не совпадали, но в следующее мгновение я с удовольствием пила зеленый чай. Вскоре я энергично приступила к рыбе, а потом и к супу. Казалось, никогда в жизни я не ела ничего вкуснее. Естественно, Лулу с Брендоном тоже отметили мой аппетит.

С умилением глядя на то, как я набиваю рыбой полный рот, Лулу произнесла:

— Ты всегда заказывала сибаса в нашем с тобой любимом ресторане.

Это было последней каплей. Я отложила вилку. Честно говоря, рыба все равно уже съедена, да и суп тоже.

— Слушайте, сколько можно повторять? Я не Никки Ховард. Я сначала даже не поняла, кто вы такие. Я вас опознала только по фотографиям в журналах.

Брендон тоскливо посмотрел на Лулу:

— Пытаюсь ее целовать, а она меня отпихивает.

Лулу возмущенно повернулась ко мне:

— Ну и стерва ты, Никки!

Я готова была провалиться сквозь землю от стыда. Если бы они только знали, чего мне стоило отпихнуть Брендона.

— А я о чем?! — заорала я. — Никакая я не Никки Ховард, честное слово. Я Эмерсон Уоттс, поймите же наконец!

— Успокойся, Никки, — произнесла Лулу, сочувственно взяв меня за руку. — Тебе действительно нужна наша помощь.