И вдруг понял: я вижу только Васины и свои следы. Незнакомцы их не оставляли!

Что это за магия такая?

— Что они еще тебе сказали? — спросил я.

— Как только я показала им плетение, они наперебой стали называть меня великой. Говорю же, они смешные и милые. Давай попросим у них место для отдыха?

— Да, хорошая идея, но держись поближе ко мне.

— Нет уж, господин помощник Великой Ваосы, — расхохоталась она. — Это ты держись поближе ко мне.

Я очень надеялся, что это не какой-нибудь жуткий культ, где вот таких наивных, хоть и красивых девушек сначала сажают на трон, а потом торжественно приносят в жертву.

— Следующая тренировка будет по силовым щитам и атакующим заклинаниям, — тихо сказал я Васе. — На всякий случай.

— Думаешь, что они опасны?

— А ты много про них знаешь, кроме того, что они милые?

Я с трудом сдержался, чтобы не повторить ее интонации.

— Ой, Леша, не начинай! Пошли уже. Я ужасно хочу есть и помыться.

Мы вернулись к чернокожим незнакомцам. Они расцвели улыбками и сразу загомонили, рассказывая про то, где они живут и как собираются устроить Великую Ваосу. Ох, чует мое сердце, что мне достанется какой-нибудь коврик возле ее спальни.

Еще я узнал их имена. Точнее, как узнал: они произнесли длинные слова, прижав руки к груди. Это был безумный набор букв, который повторить было невозможно.

Через пять минут повторений над нами сжалились и дали короткие версии имен. Так, мы узнали, что женщину звали Никкойта, а двух ее братьев — Мирройт и Карройт. Вроде такое запомнить было несложно.

Я все поглядывал на них, пытаясь почувствовать отголоски опасности или угрозы, но все трое широко улыбались и просто вели нас в деревню, коротко рассказывая про нее.

Через двадцать минут — я почти не ошибся в направлении, — на берегу словно циркулем нарисованного озера, мы увидели десяток хижин на сваях.

— Добро пожаловать в Хурвайнуру! — сказала Никкойта и тонко заверещала.

Глава 5

Тонкий крик Никкойты разлетелся, как сигнальный звук рога. Со всех сторон начали выходить местные и разглядывать нас, как диковинных зверей. К моему удивлению, Василису это не смутило, а наоборот, она приосанилась, вздернула нос и смотрела на всех слегка свысока.

Наша проводница продолжала что-то орать на своем языке, привлекая все больше и больше внимания. Пока было ничего не понятно, и я занялся изучением деревни.

Да, хижин было немного, но зато какие! Длинные, в один этаж, вместо крыши — веранды с цветочными горшками, будто мало зелени вокруг. Еще я заметил крохотные огородики, загоны для мелкой живности, фруктовые деревья.

Никкойта вывела нас на небольшую площадь, и я, наконец, увидел смысл в такой форме домов. Они стояли практически по кругу, торцом к нам. С этой же стороны нашлись и двери с лестницами. Я все никак не мог понять значение свай, не думал, что вода может подниматься так высоко. Может быть, там что-то хранили?

Нужно будет узнать. Да и вообще, мне хотелось изучить деревню вдоль и поперек. Вдруг тут стоит какой-то особенный камень, который не дает магии нормально работать?

Никкойта закончила орать, и возле нас столпилось человек пятьдесят. Все как один чернокожие, в шляпах разных размеров и цветов, а еще в набедренных повязках. Они, к слову, и стали причиной смущения Васи. Чем больше было таких мужчин, тем сильнее был румянец на ее щеках. Я видел, как она отводила глаза, когда ей попадался такой элемент одежды. Впрочем, плечи она не опустила и держалась подобно даме из семьи аристократов. Хотя с контролем лица я бы еще поработал.