— Вы голодная?

— Нет-нет, что вы. Я на диете.

«Ага, на трех сразу, потому что одной не наедаюсь», — ворчливо подумал я.

— Что вас привело в этот трактир?

— Господин архимаг! — ее густой голос заполнил сразу все пространство. — Только вы можете мне помочь!

— Это я уже слышал, к делу переходите, — я с немалым сожалением сдвинул тарелку на край и вытер руки. — Кто вы такая?

— Баронесса Блохина Людмила Викторовна, мать Тамары Юрьевны.

Посетители трактира навострили уши, старательно делая вид, что продолжают есть. Сдерживаясь из последних сил, я не закатить глаза и поставил полог тишины.

— И что вы хотите, Людмила Викторовна?

— Признайте, что Илья — ваш сын, а не Бережного!

— Боюсь, вам следует сменить парикмахера, — спокойно ответил я.

— Что? Вам не нравится моя прическа? Это последний писк заграничной моды.

— Предсмертный, судя по всему. Вам слишком туго заплели волосы, что в голове теперь мыслям места не осталось.

— Не поняла, — она снова захлопала глазами, и легкий ветерок коснулся моих нахмуренных бровей.

— Почему я должен признать Илью своим сыном, если он сын Бережного?

— Потому что так будет правильно! У мальчика ваш талант к магии! Ваша смекалка! Ваши глаза в конце концов! Да вы на одно лицо просто!

Я вспомнил, как выглядит Илья, и меня передернуло. Ничего общего, кроме наличия пары рук, ног и одной головы.

— Решать будет проверка крови, — отрезал я.

— Да кому она нужна? Илюшенька точно ваш сын, не спорьте даже.

Услышав ее слова, я не сразу понял, как мне на них реагировать. То ли испепелить, то ли придушить. А может, просто сдать ее на руки лекарям?

— Людмила Викторовна, а зачем это вам?— я тоном выделил последнее слово.

— Как зачем? Вам мало того что это правда⁈

Нет, точно лекарям. Хотя нужна ли Бережному такая теща? Может, правда, поджечь ее, и дело с концом? Марк еще благодарить меня будет.

— Послушайте, господин архимаг! У вас должность, власть, деньги! А Илюше нужно учится, он многого может достичь с вашими связями.

Мои брови поползли наверх. Моими связями? Серьезно? Нет, у нее не все дома. Весь ум ушел вширь.

— Все решит проверка крови. Точка. А теперь оставьте меня. Всего хорошего, Людмила Викторовна, — жестко сказал я.

У входа в трактир замаячил начальник стражи. Он заметил меня, но подходить не стал, видя за столиком Блохину.

— А может, мы с вами можем как-то договориться? — она повела плечом и томно взглянула на меня. — Хотите еще одного сына?

В этот момент чаша моего терпения переполнилась. Я старался быть вежливым, но, кажется, Блохина уже собиралась активировать режим танка.

— Илья не мой сын, — чеканя слова, произнес я. — Если вы сейчас же не уйдете, то я буду вынужден выкинуть вас в окно. Даю вам минуту, чтобы покинуть трактир и больше никогда в жизни не показываться мне на глаза.

В моих зрачках полыхнуло пламя, и Блохина побледнела.

— Но господин архимаг! Я же к вам со всем сердцем!

— Вырежу.

Тихо сказанное слово привело ее в чувства. На лице, пусть и сильно испорченным толстым слоем макияжа, проступили алые пятна.

— Ну и ладно! Я хотела как лучше!

— Тогда начните с воспитания внука. Всего хорошего.

Под моим строгим взглядом она выползла из-за стола и, круто виляя бедрами, удалилась из трактира.

Эта встреча и нелепый разговор начисто испортили мне ужин. Больше ноги моей в этом заведении не будет. Построю еще одно рядом и запрещу пускать людей. Хотя тогда придется задержаться здесь на месяц… Нет, к черту, есть буду в кабинете!

Начальник стражи, проводив восхищенным взглядом баронессу, натянуто мне улыбнулся.