— Господин архимаг, я закончил, — лекарь встряхнул руками, сбрасывая нити заклинаний, — сильное истощение. Нужно усиленное питание, богатое белками и жирами. А не это, — он покосился на миску с остатками каши. — Я все подробно опишу.

Он вышел из камеры и тихо добавил:

— А еще им бы всем помыться. Не приведи небеса, блохи заведутся.

— Обойдутся кристаллами, — я глянул на стражника, — организуй. Под присмотром.

— Будет исполнено! — гаркнул дежурный и умчался наверх.

Мы с Сергеем вышли на крыльцо, и я потребовал полной выкладке по Ромскому.

— Сложно сказать, господин архимаг. Он как в анекдоте про цветок в конторе. В него постоянно вливали алкоголь, и он стоял зеленым, а когда решили дать воды — захирел. Еще думаю, тут могло сыграть роль и легкое пристрастие, — он сильно понизил голос, — к той белой гадости.

— Очень интересно. Спасибо.

Я отпустил его и снова задумался. Нет, то, что Ромский мог сидеть на этой дряни, совершенно неудивительно с его-то репутацией. В памяти всплыл момент, когда Виктор Иванович приказал казнить причастных к распространению этого порошка. Когда это было? Неделю назад уже! Как назло, я никак не мог вспомнить фамилии этих людей.

Чутье подсказывало, что в этом что-то могло быть. Где белая дрянь, там деньги, тайны и скользкие людишки. Кстати, еще вопрос, откуда ее привозят. Здесь мне снова понадобится совет, который может дать только одна женщина, которая точно не спит в это время суток.

Я вышел под свет фонарей и вдохнул прохладный ночной воздух. Он опьянял своей свежестью и недвусмысленно напоминал, что я обещал себе утром завалиться спать.

Выругался, вздохнул, а потом поймал карету.

— В ближайший бордель! — кажется, эта фраза скоро войдет у меня в привычку.

Перед уже знакомым мне зданием царили чистота и порядок, в окнах сияли разноцветные светильники, а возле входа стояли корзины с цветами. Рабочая ночь в самом разгаре.

Едва я открыл дверь, ко мне высыпали сразу десяток девушек, одна другой краше. Улыбаясь мне алыми губами, они чуть ли не начали вешаться на меня, но строгий окрик мадам, живо охладил их пыл и разогнал по комнатам. Что ж, хорошего понемножку.

— Деньги вперед, — веско сказала она, а потом разглядела, кто пришел. — Ох! Господин архимаг! Как я вам и обещала, на первое посещение вас ждет большая скидка! Какую девушку желаете?

— Совет я желаю.

— Когда же я уговорю вас к нам прийти по основному профилю работу? Все за советом, да за советом, — притворно возмутилась она, поправив пышную прическу.

— Это вам за предыдущий, — я вытащил из кармана ассигнацию, — а это, — в руке появилась вторая, — за сегодняшний.

— И что господин архимаг желает узнать?

— Про дрянь.

Мадам поморщилась, махнула на черную дверь, скрытую тяжелым занавесом, и пригласила меня в свой кабинет.

— Это не тот разговор, который должны слышать все. А то у моих девочек уши как у слонов, — она вальяжно опустилась на длинный диван, невзначай дернув край цветастого халата. — Что вы хотите знать? На всякий случай скажу, что в моем доме, эта дрянь категорически запрещена! Ни грамма этой гадости у меня нет и не будет.

— Где ее можно достать, и кто привозит ее в империю?

— Вам для личного пользования или для продажи? — кокетливо спросила она, но увидев вспыхнувшее пламя на ладони, скуксилась. — Из Войса и южных провинций. Вот только последние уже месяц, как исчезли. Вот такой расклад: демоницы, дрянь и большие деньги.

Это все, что я хотел узнать. Купюра мгновенно перекочевала из моих пальцев в объемный лиф мадам, вызвав широкую улыбку.

— Может, все же, девочку?

— Доброй ночи, — я вежливо кивнул и покинул бордель.