Уверившись, что его все называют «батей», начальник пограничного отряда на одном из совещаний сказал, что его за глаза называют «батей» (смех в зале) и он действительно, как отец родной, печется о заботах своих подчиненных. На это ему был задан вопрос о том, когда офицеры смогут посещать зону отдыха и баню на острове. Вот ведь люди. Все было так хорошо. Но тут пришел поручик Ржевский и все опошлил.

Женщины начальника отряда не особенно жаловали, а вот жену его и дочку жалели. У жены по их местным правилам к корню фамилии добавлялось «чене», то есть жена, а дочери «чуте», то есть дочь. Для цивилизованности нашему лейтенанту Иванову к фамилии его дочери «Иванова» нужно добавить слово «дочь», как будто никто не видит, что это девочка и что фамилия у нее Иванова по отцу.

– Бедняги, – говорили наши женщины, – у нас в деревнях тоже раньше так было. У Петруши, например, жену все называли Петрушиха, а детей всех петрушатами. Тут и фамилий никаких не надо. Фамилии все от имен и произошли. А у них в этом деле пока недоразвитость есть.

Дача и баня не долго использовались первыми лицами пограничного отряда. На нее вскоре наложили лапу первые лица в пограничном округе, благо этот комплекс находился практически на окраине окружного города и соответствовал уровню приема первых лиц в государстве. Рядом граница, пограничная полоса, охрана пограничников, изумительная рыбалка и красивейшая природа. Если бы на дачке была заведена книга почетных гостей, то куда там музеям с мировыми именами и с их книгами почетных гостей. В кетовую путину туда такие люди приезжали, о которых только шепотом можно было говорить, в пустой комнате, под одеялом и в одиночку.

Сейчас я практически не осведомлен об обстановке в этих местах. Почти двадцать лет прошло. Но я сомневаюсь, чтобы в этом вопросе произошли какие-то изменения. Уверен, что этот комплекс уже кто-то приватизировал.

На Дальний Восток я попал в тот период, когда советско-китайские отношения, мягко сказать, желали быть лучшими. Во времена «культурной революции» была начисто забыта песня «Русский и китаец – братья навек». В 1969 году произошли события на острове Даманский, которые унесли немало жизней китайских и русских парней. Пресса двух стран подогревала антирусские и антикитайские настроения. Граница ощетинилась укрепленными районами. Были расконсервированы оборонительные сооружения, строившиеся еще генералом Д. М. Карбышевым. Начавшаяся погранпредставительская работа изобиловала взаимными протестами и обвинениям в «агрессии».

Запомнился первый выход на встречу на китайскую территорию. Появление советских офицеров в Китае всегда воспринималось с огромным любопытством. Вполне возможно, что часть людей приходила «по приглашению» властей для воспитания чувства ненависти к противнику номер один. После отмены воинских званий в Китае на нас смотрели как на белогвардейцев.

Честно признаюсь, что я не помню ни одного лица из китайцев, встречавших нас на берегу. Потом пришло чувство привычки к ненависти, не подкрепленной ничем. Своим поведением мы старались показать, что мы не враги, а обыкновенные нормальные люди.