— А в дверь как…

— Вот! — явный лидер компании извлек из кармана какую-то висюльку на цепочке. — Ключ от всех дверей. Ты, лошара, ещё не понял, что в сервитуте можно купить все? До сих пор меряешь все меркой вшивого Гомеля? Ты давно не в Гомеле, гы-гы! Вся движуха у нас, в сервитутах! Пшли, допьем, баллончики поменяем и поедем…

Я услышал все, что мне было нужно. И потому, когда они по очереди стали заходить в дом, просто протянул руку, взял одну из не разбившихся бутылок — и, крепко размахнувшись, швырнул ее, целясь в дверной проем. Стеклянный снаряд, вращаясь в воздухе и странным образом посвистывая, помчался вперёд со страшной силой.

Стоит отдать должное лимонному, который шёл последним. Он обернулся! К несчастью для себя. Реакция у парня была отменная — и она сослужила ему дерьмовую службу. Бутылка могла прилететь в череп, но теперь — ударила в лицо.

— ДЫК! — куда там точно ему попало, я угадывать не брался, но припечатало страшно: лимонный просто провалился внутрь дома, а я перехватил ещё одну бутылку в левую руку, лопатку — в правую, и рванул в атаку.

— А-а-а, это он! Он! — заорал Васян из окна, и я левой рукой швырнул стеклотару в него.

— Дз-занг! — бутылка разбилась о подоконник, я натуральным образом промазал, но стеклянные осколки, похоже, нашли свою цель.

— И-и-и-и!!! — визг дилера был похож на бабий.

Васенька вопил и дергался внутри комнаты, а двое из коридорчика опомнились и ринулись в мою сторону. Конечно, баллончики со сжатым воздухом-то они уже высадили по бутылкам и потому теперь решили вступить со мной в рукопашную схватку. Черта с два я собирался сражаться с ними лицом к лицу: с размаху закрыл дверь, надеясь врезать кому-нибудь из них, и побежал вокруг дома.

— У, падла! Он сам сюда пришел! Обходи его, обходи, а я с той стороны зайду! — орал салатовый.

Как они вообще выжили в сервитуте, такие убогие? Нет, я понимаю, почему в качестве оружия использовали пневматы: лупили такие пукалки будь здоров, почти — травматический пистолет, в ближнем бою на самом деле аргумент серьезный. Правда — перезаряжать долго, когда баллон кончается, а без шестигранника — и вовсе практически невозможно. А на кол сесть за использование огнестрела в земщине — это никому не улыбалось, тут салатовый был прав. Так что бес с ними, с пневматами. Но — зная, что я злой, агрессивный и могу крепко вломить — они разделились! Ну, тупые…

Развернувшись на каблуках, я побежал в обратную сторону — и через пару секунд столкнулся нос к носу с розовым «дельцом».

— Я-а-ать!- он от неожиданности попятился, замахнулся, явно рассчитывая врезать мне рукояткой пистолета…

Я просто ткнул ему лопаткой в солнечное сплетение, без всяких замахов, а когда он согнулся, пытаясь вдохнуть хоть немного живительного воздуха — врезал плашмя по голове. Этого хватило, чтобы вывести его из строя всерьез и надолго. Даже если он и сдох — мне было плевать.

Расправившись с ним, я не стал бегать за салатовым вождем, а просто вошел в дом, пнув ударенного бутылкой лимонника. Электросчетчик я заметил тут же, на стене — и одним движением вырубил автоматы, погасив свет в хате.

— Кто здесь? — заорал Васенька.

Я ему не ответил, оглядываясь. Дом у Васи Баратова был небольшой и обставленный даже слишком по-бабусячьи. У Тамары Павловны и то все выглядело более современно. Какие-то ковры, кровати чуть ли не с перинами, шифоньеры… И окна, много окон. Для одной комнаты и кухни — даже слишком. Но для моих нужд — в самый раз. Полупокер крался как раз мимо одного из них, так что мне оставалось только нанести удар: снова — колющий, быстрый, прямо сквозь стекло — штыком лопаты в самое его ухо.