— А чё тут просвещать? — буркнул начальник дежурной части. — Первая о том, что в районе объявился маньяк. Опять его видели, уж пятый раз за сутки. Пристает в неосвещенных местах к мужчинам и женщинам и просит, чтобы его отымели… Короче, маньяк довольно безобидный. Еще предлагает купить у него деревянный фаллоимитатор, и кричит, что он изготовлен в восемнадцатом веке. Пару раз получал по морде, но не успокаивается. Одет в солдатскую шинель и какую-то пижаму… Носит очки.

— Неинтересно, — начальник ОУРа покачал головой. — А вторая о чем? Что за «заказуха»?

— Да я откуда знаю? — разозлился Чердынцев. — Волков в больнице, а мне с его барабанами трепаться недосуг. Придурки малолетние… Клея нанюхаются, потом им киллеры по углам мерещатся.

— Ты мне тут не гони! — Соловец недобро блеснул глазами. — Забыл, как сам зебру по туалетам ловил? А потом это матрос оказался?

Чердынцев обиженно засопел.

— Ну, перепутал! Да, бывает! Сильно быстро он пробежал. И к тому же — в тельняшке. Ты, Георгич, старое-то не припоминай… Я тебе не мальчик, чай. Дам в рог — мало не покажется.

— Ладно, — примирительно сказал Соловец. — Не буду… Но чё хоть барабан проблеял, не помнишь?

— Депутат какой-то деньги из Москвы повезет, — начальник дежурной части наморщил лоб, пытаясь напрячь свою память. — Вроде, из Госдумы, и переоденется бабой… Или он — баба, а мужиком нарядится? Эх, не помню… Вот его или ее и должны хлопнуть. Два киллера… Или три?.. Или один киллер и два депутата?.., — Чердынцев замолк.

— Это всё? — разочарованно спросил начальник ОУРа, выждав для приличия пару минут.

— Вроде да… Нет, погоди! — лицо майора озарила счастливая улыбка. — Вспомнил! С ним помощник будет.

— С кем — с депутатом или с киллером?

— С депутатом, конечно. Я даже фамилию его записал.

— Депутата?

— Нет, помощника, — Чердынцев покопался в кучке бумажек, сваленных в верхнем ящике стола. — Вот, нашел. Его фамилия — Линько. Зовут Бесланом.

— Ага! Это уже что-то, — обрадовался «убойщик» и достал из кармана ветхий органайзер. — Давай-ка я себе помечу… И ты черкани в журнале — ОУР, мол, взял дело на контроль. Когда, гришь, мочить должны?

— Да, вроде, сегодня вечером…

Шелуху опера по-свойски сплевывали себе под ноги.

— Нашел я вам дело, — радостно сообщил начальник ОУРа и покосился на черный кожанный ошейник с заклепками, выпирающий из под ворота рубахи Казановы. — Чё это там у тебя?

— Так, ничего, — смутился капитан, которому прошлой ночью ради прикола одели этот садо-мазохистский аксессуар его новоприобретенные «голубые» друзья из клуба «Пассивный петушок», но в процессе пьянки, инициированной оперативником, потеряли ключ от маленького замочка на шее.

Внутри ошейника шел тонкий витой стальной шнур, так что без кусачек аксессуар не снимался.

Казанцев утром пытался перерезать шнур ножницами, но лишь покромсал тисненую кожу и чуть не вспорол себе шею в районе сонной артерии.

— Какое дело? — оживился Виригин.

— Настоящее. Покушение на депутата Госдумы, — Соловец подмигнул Максу.

— Это хорошо, — согласился Любимов и предложил выпить за удачное раскрытие еще не совершенного преступления.