— Вернулся, леди Блоссум, — улыбаясь, Граут вдыхает полной грудью. — Признаться, жутко соскучился по запаху дома. Мне бы сейчас позавтракать.

— Ик! — донеслось из бочки рядом с Максом.

Целитель, хмурясь, заглянул в бочку.

— Ик! Б-брат-а-а-ан! — доносится со дна.

— ВАЛЕРА! — целитель, радостно заорав, сам сунулся в бочку, вытаскивая оттуда булыжник, покрытый пивной пенкой. — Да ты ж мой любимый алконавт! Я тебя звал раз двести. Собирался уже спонсировать строительство храма Камню.

Граут без стеснений прижимает к себе бровастую каменюку, как чуть ли не самое дорогое в мире существо.

— О, Древние мне в печень! — на глазах целителя от счастья выступили слёзы умиления. — Как же я по тебе скучал, дружище. Только что был на задании Стены, где пригодился бы черепокрушитель, вроде тебя.

— Ик! Знаю, — Валера расплылся в довольной улыбке. — Батя мне показывал картинки. Сказал, ик… Надо к тебе в отпуск сплавить… То есть отпустить. Три гномьи цивилизации почти спились за время… Ик… Пока я бате помогал.

После услышанного Граут заржал в голос. Честно, по-доброму и открыто. Льющаяся из целителя Власть вырвалась наружу, отчего стёкла в окнах задрожали. Валера тоже захохотал…

Беаниэль почудилось, как дом, нет… Вся улица, а то и весь Теон мелко задрожали, резонируя с хохотом бровастой каменюки. Стоящий в углу Альфи, выпучив глаза, казалось, перестал дышать. Пинбоу изумлённо замер. Сидящий за столиком в углу Годунов становился мрачнее с каждым вдохом.

— Шшш! — целитель прикладывает палец к губам. — Валера, не пугай соседей. Мне… точнее, нам с тобой тут ещё жить.

Еле сдерживая смех, Граут добавил.

— Споить три гномьи цивилизации⁈ Слушай, теперь как-то стыдно рассказывать о моих приключениях… Подумаешь…

Целитель вдруг притих и обвёл взглядом людей, находившихся в цветочном магазине.

— Расскажу потом.

— Гы-гы-гы! — тихо ржёт булыжник. — Босс! С милейшей за прилавком это ты хорошо придумал. Можно я с ней ещё немного посижу? Она меня бесплатно пивом поит.

На сказанное Граут закатил глаза. Ну да, пьющий булыжник — горе в семье. Эльфийка от услышанного сразу надулась возмущённо.

— Я думал, ты на метр выше, — мрачный Годунов произнёс, не поднимаясь из-за стола. — И молнии из задницы метаешь.

Граут с усмешкой взглянул на гостя.

— А я-то думаю, что мне ходить мешает. Да ещё и враги мрут, как мухи.

— Ученик [1]? — Борис фыркнул. — Не солидно для того, кто зовёт себя лучшим целителем Нижнего Города.

Альфи вмиг побагровел лицом, весь подобрался, готовясь к драке. Но Граут в предостережении поднял руку.

— Во-первых, я сам не зову себя «лучшим». Ищи таких в другом месте. Во-вторых…

Целитель щёлкнул пальцами, и что-то в нём неуловимо изменилось. Беаниэль это скорее ощутила, чем увидела глазами.

— Так лучше? — Граут с усмешкой глянул на гостя.

— Намного, — Годунов, поднявшись из-за стола, тут же склонил голову. — Прошу прощения, мастер. Не хотел вас задевать словами, но с рангом ученика [1] вы, как целитель, смахивали на шарлатана. Но теперь, видя перед собой уже ветерана [2], я понимаю, что свой реальный ранг силы вы умело скрываете от всех. Такому обалдую, как я, не понять, зачем так делать. Я, в общем-то, пришёл по делу…

Стоявший за спиной господина Граута старый Альфи, выпучив глаза, беззвучно шептал: «Ветеран? В смысле, тот самый ветеран [2]? Меньше чем за месяц от пробуждения?»

Взгляд Беаниэль зацепился за удивление, выступившее на лице Пинбоу. Говорящий камень, вернувшийся из Стены целитель, ранг, поднятый по щелчку пальцев — ряд удивительных событий, казалось, заставили ростовщика забыть, зачем он вообще сюда пришёл.