В очередной раз сгорая от стыда, прикрываю лицо руками.

— Прошу прощения за своё… поведение, леди Блоссум. Я зашёл вас поблагодарить за то, что вы вызвали тех копов…

Девушка вдруг нахмурилась и повернула голову набок.

— Граут… Граут? Точно ведь, где-то слышала. М-м-м, точно! — на её лице снова расцвела улыбка. — Это ведь из легенды об Иггдрасиле, да? Граут, «Паук, плетущий паутину жизни». Тот, кто связывает между собой ветви разных мировых деревьев. Вот только… Это точно ваше имя?

Альфи резко набычился и забухтел.

— Да что ты мелешь, дурёха! Перед тобой потомственный аристократ…

— ВЫЙДИ, — рычу я старику, напитывая голос Властью. — Стой снаружи до тех пор, пока я сам тебя не позову.

От волны выпущенной силы задрожали цветочные горшки и стёкла в витрине магазина. Слуга, вжав голову в плечи, удивлённо глянул на меня и поспешил на выход. Только когда хлопнула дверь, я снова перевёл взгляд на перепуганную эльфийку.

— Простите, я не знала…

Она попятилась от прилавка, но быстро упёрлась в стену.

— Спокойно, — мой голос холоден. — Леди Блоссум, с чего вы взяли, что Макс Граут это не моё имя?

Девушка уставилась на меня как кролик на удава.

— Бабушка говорит, что у меня дар видеть «суть вещей». Если кто-то что-то специально неправильно называет, я это сразу замечаю. Что-то вроде «аллергии на вранье».

[Вот оно что,] — я чуть расслабился. — [У не-одарённых тоже встречается дар рода. Вот откуда зелёные пряди в волосах.]

Ох и намучаются с этой эльфийкой парни. Она же любую ложь будет щёлкать, как орехи.

— Я назову три имени, — показываю чуть успокоившейся Беаниэль три пальца, — Скажи, какое из них мне подходит больше. Каладрис, Довлатов, или Констан…

— Второе, — Эльфийка меня перебила и тут же прикрыла рот ладошкой. — Ой, простите! Бабушка говорит, что я всё время клиентам не даю договорить. Но я всё поняла! Вы Макс Граут, и никак иначе.

Где-то над нами раздался звук разбившейся о пол посуды и следом надсадный кашель. Шум шёл со стороны лестницы, ведущей на второй этаж прямо из цветочной лавки.

— Бабушка! — эльфийка, побледнев, рванула вверх по лестнице.

…

Стоявший снаружи магазина Альфи с тревогой смотрел через витрину на то, что происходит.

«Мало ли чего господину взбредёт после попадания в больницу?» — думал слуга, теребя в кармане брюк старый медальон. Тот самый, который чудом не унесли бандиты. — «Я должен сначала убедиться. Если всё, как прежде, то и этот подарок от деда он проиграет в карты. Нет-нет! Альфи убережёт молодого господина…»

Так думал старый слуга, смотря через стекло витрины на… молодого аристократа Макса Граута. Ему в больнице кланялись медсёстры, а он воспринимал это как должное поведение прислуги. Пытались очаровать студентки, и здоровались простые работяги. Макс улыбался первым в ответ и вежливо кивал последним. Да чего уж там! Альфи видел, как вышедшая из дорогой машины леди, поправив волосы, «вдруг попросила закурить». Макса! Того самого Макса, которого даже продавщицы в магазинах обходили стороной.

Но сегодня молодой господин не сплоховал! Создал огонь на кончике пальца и, тут же его потушив, сказал той даме: «Ваша красота достойна большего, чем сигареты». Щёлкнул пальцами и чего-то такого сделал, отчего у той богатейки глаза на лоб полезли. А потом и румянец на щеках проступил.

«Хе-хе! Всё. Ворота открыты, крепость сдалась без боя, но молодой господин спокойно пошёл дальше… К этой самой цветочной лавке. Может, в нём кровь деда пробудилась?»

Стоя у витрины, Альфи, не веря, коснулся своего лица.