Справа раскорячился мощный джип стального цвета. Его угловатый корпус хищно блестел на солнце, а радиаторная решётка, выполненная в виде сомкнутых челюстей, только усиливала эффект хищности. Золотистый рисунок на капоте привлекал к себе внимание. Рута узнала этот символ. Шесть острых на кончиках полос, которые, плавно убывая в длине слева направо, складывались в некое подобие поднятого крыла птицы. Под ними надпись «КРЫЛО ОРЛА». Эта группировка – за годы после окончания Вторжения, в процессе восстановления, – превратилась в одну из трёх самых крупных и могущественных организованных сил людей в Троте. Прямые конкуренты организации, в которой состояла Рута. Хотя открытого противостояния не допускалось, и даже совместные операции случались.

«Орлы» – сторонники техногенного пути развития. Они считают, что достигнуть равновесия и отыскать ключ к разгадке многочисленных тайн Зон Посещения вполне можно посредством новейших технологий. Именно они, в частности, нашли способ вживлять импланты с помощью энергии зонных артефактов… Цель их визита к дикарям понятна: понадобился новый «материал» для проведения исследований.

Два человека, стоявшие возле джипа, подтверждали, чем эта компания занимается. Один из них – мужчина, затянутый в чёрную пластикожу, поверх которой был накинут чёрный же плащ с поднятым воротом. Картину дополняли короткая стрижка, чёрные очки, аккуратная козлиная бородка. Выглядывающие из-под рукавов стальные кисти рук блестели на солнце не слабее джипа. Наверняка вживлённые конечности. Рута даже не попыталась определить на глаз его возраст. На лицах и вообще на внешнем виде модернизированных прожитые годы удивительным образом не отражаются. Этому мужчине могло быть и тридцать, и пятьдесят… А то и все семьдесят.

Но если в этом случае Рута определила хотя бы пол, то вот другой… Лицо скрыто маской, волосы (если это волосы, а не комплекс антенн, например) заплетены в подобие косичек-дредов, а туловище… Фигуру она просто не рассмотрела, второй человек был закутан в плащ, словно прятался от сильнейшего мороза. Да и вообще выглядел манекеном. Стоял, вытянувшись по струнке, не шелохнувшись. Будто и не человек, а робот. Видимо, у этого «орла» слишком много имплантированного в организме, и техномодернизации уже доминируют над органикой.

Слева от просвета, уводящего в просеку, располагался фургон, «прокачанный» из фордовского пикапа. Двухместная кабина впереди, за которой не очень большой, порядка трёх метров в длину и двух в высоту, крытый кузов, испещрённый многочисленными неровными выпуклостями. Фургон был покрыт потёками грязи, а колёса ошмётками травы и не пойми чем ещё. Не иначе, транспорт этот прибыл издалека, вполне возможно, с другого края Трота.

Теперь это обычное дело – раскатывать по Зоне. Совершенно невозможное в годы, когда Рута была маленькой девочкой…

Пока она брела через площадку, у неё имелось немножко времени прикинуть, чем грозит прибытие фургона, и даже совершить мысленный экскурс в историю российской отметины Посещения.

Конечно, после неожиданной тотальной попытки увеличиться не вглубь, а вширь, названной Круговым Вторжением, во внутренних свойствах многое изменилось. Теперь, с дюжину лет как, «Трот уже не тот». По сравнению с тем, каким он был долгие несколько десятилетий, целых три четверти столетия с лишком, после даты Посещения.

Первым из шести изначальных плацдармов инородности увеличился североамериканский Ареал Визита, уже достаточно давно. И доставляет он человечеству не меньше проблем, чем Зона три-восемь, изначально сожравшая большую часть бывшего Корейского полуострова. А российская Зона в стороны не разрасталась, предпочитая увеличиваться вглубь посредством череды постоянных катаклизмов, прозванных Захватами.

Потом случился наиболее сильный за всё время существования, получивший название Мегазахват.