|
Они активно финансировали строительство храмов, а следовательно, имели дело с каменщиками и архитекторами, хранителями масонской мудрости. Легенда гласит, что, пребывая в храме Соломоновом, рыцари проникли в тайны древних каменщиков, но не в практические секреты ремесла, а в их тайную веру, идущую из глубины тех времен, когда человек был чист и светел и еще не ступил на стезю греха. Большая часть тамплиерских командорств находилась во Франции, и король Филипп IV Красивый, усмотрев во все возраставшем могуществе ордена угрозу собственной власти, начал гонения на храмовников, обвинив их в ереси, идолопоклонстве и тайных богопротивных оргиях. В результате орден был распущен, несколько десятков или даже сотен тамплиеров погибли на кострах инквизиции, а последний гроссмейстер ордена Жак де Молэ был сожжен в Париже в 1314 году. Перед смертью он отрекся от сделанных под пыткой признаний, проклял своих мучителей и призвал на скорый Божий суд папу Климента V и короля Франции. И Божий суд решил дело в пользу оболганных тамплиеров: папа скончался через две недели, а Филипп IV через полгода. Но проклятие Жака де Молэ продолжало преследовать королей Франции: все три сменившие друг друга правящие династии — Капетингов, Валуа и Бурбонов — прервались в результате насильственных смертей. Говорят, когда под ножом гильотины пала голова Людовика XVI, кто-то воскликнул: «Свершилось проклятие тамплиеров!» Градусы шотландского масонства, высший (30-й, а по некоторым источникам — 24-й) из которых именуется рыцарь Кадош, символически воспроизводят историю тамплиеров и смерть на костре магистра Жака де Молэ.
В этой системе место Хирама занял Жак де Молэ, убийц Хирама — король Филипп Красивый, олицетворявший политическую тиранию, папа Климент V, олицетворявший тиранию духовную, и палачи, казнившие тамплиеров. Утраченным же словом стало слово «свобода». Смешение Соломонова храма, рыцарей-храмовников, построения храма всемирного человеческого счастья, загадочных ритуалов и таинств, суть которых понимали лишь мастера, породило смятение умов и предоставило повод амбициозным личностям и шарлатанам устраивать новые ложи, увеличивать количество градусов (степеней посвящения, число которых может доходить до 90 и 95) и придумывать новые системы масонства. Стремительно обраставшее преданиями, возводившими истоки масонства едва ли ни к временам Сотворения мира, вольное каменщичество становилось конкурентом Церкви, и Рим забеспокоился. Однако первыми — в 1735 году — осудили масонов голландцы. Булла (In eminenti…) папы Климента XII, обвинявшая вольных каменщиков в притворстве, ереси и извращениях, появилась 26 апреля 1738 года; на ее основании виновным в принадлежности к секте грозило отлучение. Менее чем через год, 14 января 1739 года, был издан специальный эдикт, согласно которому каждому истинному католику в папских владениях вменялось в обязанность доносить как на членов секты франкмасонов, так и на тех, кто высказывал желание вступить в нее. Повинных в недоносительстве ждала смертная казнь. Преемник Климента XII, Бенедикт XIV, в булле от 15 июня 1751 года (Próvidas Romanorum Pontiftcum…) возобновил запреты предшественника и подчеркнул печальные последствия, ожидающие примкнувших к богомерзкой секте. В том, что масоны угрожают католической религии, папа не сомневался. Ибо масонам предписано строго хранить тайну, а преступления всегда совершаются втайне: честные поступки никто не станет скрывать. Во Франции буллу зарегистрировать отказались; в германских землях в масоны вступали сами государи, а вот в Испании немало масонов поплатились жизнью за участие в ложах. В Риме ответом на папскую буллу стали едкие памфлеты шевалье де Люси, под именем которого скрывался барон Теодор Анри де Чуди. Вынужденный бежать из Италии, Чуди добрался до России, где ему пришлось заниматься всем понемногу: он был и актером, и личным секретарем фаворита Елизаветы И. И. Шувалова, и воспитателем придворных пажей и даже разоблачил французского шпиона. |
