— Геката! — с трудом выдыхает она. — Спаси меня!

Ее накрывает очередная волна, и все в глазах чернеет.

Нельсон ехал допрашивать Эдварда Спенса, когда зазвонил его телефон. Он внимательно выслушал, развернулся так, что завизжали покрышки. И включил сирену.

Она снова в море. Прилив таскает ее то к берегу, то от берега, обдирая тело о камни и затягивая в темноту. Качаясь вверх и вниз во мраке, она видит где-то очень далеко свет. Слышит голоса — то тихие, то громкие. Говорят мать, Фил, Шона, Тед и медицинская сестра из больницы. Вы одна?

Вдруг раздался громкий голос Нельсона: «Рут, просыпайся». Но это ему надо просыпаться, вставать и уходить. Возвращаться домой, пока его не хватилась жена. Они больше никогда не будут вместе. Спасибо. За что? За то, что ты там.

Двое детей копают на берегу колодец и поют: «Динь-динь-дон, колокольчик близко, на дне колодца пушистая киска…» Появился Флинт, огромный, облизывающий языком усы. За ним Спарки с кровавым ожерельем. В клетке щебетала безголовая птица. В колодце желаний поблескивали брошенные на дно монеты. Что задумали? В колодце киска…

Эрик вез ее на берег и рассказывал о погребении викинга. «Паруса полны на закате ветром, рядом с мертвецом меч, на его груди щит». Прилив подбрасывал лодку, и она раскачивалась вверх и вниз. «Не бойся, — сказал он ей, — еще не твое время». Ни время, ни море не ждут человека. Прилив пронес ее через всю ее жизнь: Элтем, школа, университетский колледж, Саутгемптон, Норфолк, Солтмарш, детское тельце, погребенное в магическом кругу, Катбад с поднятым факелом. Богиня Бригита, прими нашу жертву.

Следующая волна выбросила ее из воды и оставила дрожать и ловить воздух ртом на ярко освещенном берегу. Она открыла глаза и увидела, что на нее смотрят Макс, Нельсон и Катбад.

И снова закрыла глаза.

Нельсон мчался в больницу. Рут пострадала, сообщил Катбад. Она может потерять ребенка.

Нельсон не стал ломать голову, откуда Катбад знает о ребенке и как много ему известно. Он даже не удивлялся, почему ему позвонил именно этот человек и каким образом он оказался рядом с Рут. Он думал только об одном: его подозрения о беременности Рут оправдались и ребенок, которого теряет Рут, может быть его ребенком. Он вдавил педаль газа в пол.

В больнице оказался не только Катбад в плаще, но и всезнайка из Суссекского университета — Макс. Они с безнадежным видом стояли у ряда прибитых к полу стульев и древних номеров «Хелло!».

— Что происходит? — крикнул Нельсон.

— Ее осматривают. — Катбад, стараясь успокоить, накрыл его руку ладонью. Но Нельсон тут же раздраженно стряхнул его руку со своей.

— Позовите мне врача.

— Чуть позже. Он сейчас занимается Рут.

Совершенно расстроенный старший инспектор повернулся к Максу, который смущенно переминался с ноги на ногу.

— Что случилось?

— Я нашел ее на раскопках. — Если Нельсон спрашивал его как полицейский, то ответ Макса прозвучал как речь подозреваемого. — Я пошел проверить, что там в траншее после дождя, и нашел Рут без сознания в шурфе.

— Рядом еще кто-то был?

— Сначала никого. Но пока я пытался ей помочь, появился Катбад.

— Как это — появился? — прорычал Нельсон. — Силой волшебства?

Катбад скромно потупился.

— Я случайно оказался на раскопках. Хотел посмотреть, что нового. Как вам известно, меня интересует археология.

— И вы подоспели как раз в тот момент, когда Рут потеряла сознание?

— Наверное, на несколько минут позже, чем Макс.