Кранц прекрасно понимал, что половина из них – это досужие домыслы фантазеров и врунов всех мастей. Горя желанием продемонстрировать собственную осведомленность, многочисленные болтуны безбожно врали налево и направо лишь бы привлечь к себе внимание и оказаться в центре внимания восхищенных слушателей. Но даже в этих внушительных кучах словесных испражнений, Кранц умудрялся выискивать малые крохи полуправды.

– Эта зверюга приходит безлунными, пасмурными ночами, именно такими, как сегодня! – вещал лысый человек с неаккуратной жиденькой бородкой, щуря шкодливые глазки на костер, разведенный подле дороги. – Пару дней назад, он разорвал в клочья целую фермерскую семью, в полудне пути от этого самого места! Даже лошадей сожрал, одни мослы изжеванные остались.

– Да, что ты такое говоришь? – возмущено воскликнула толстая крестьянка, в грубом шерстяном платке, всплеснув толстыми руками. – Кто же, на ночь глядя, людям, рассказывает такие страсти?

– Да, брешет он все! – равнодушно промолвил здоровенный молодой мужик, по виду кузнец. – Я верю только в то, что сам видел. А таких как ты, дяденька, я много перевидал. Мелете всякую чушь, да головы людям всякой чепухой забиваете.

– Я слышал, что никто из тех, кто видел эту тварь, так и не выжил, – подал глосс Кранц, пряча лицо в густой тени.

Внезапно откуда-то из темноты раздался жуткий тоскливый вой. Уж на что старый лекарь был невосприимчив к всякого рода ужасам, но даже его взяла оторопь. Остальная же публика, сидевшая вокруг костра, вообще, с перепугу чуть было не попрыгала в огонь.

– Кто это – волки? – в ужасе всхлипнула толстуха.

– Нет, волки так не воют, – мрачно ответил кто-то из мужчин. – У меня отец прислуживал герцогскому лесничему, так я воя этого зверья на всю жизнь наслушался.

Лысый мужичонка, трясущимися руками, достал из-за пазухи ладанку, висевшую на шнурке, и принялся покрывать ее поцелуями. При этом он торопливо бормотал, какие-то заклинания.

– Что это у тебя такое? – подозрительно спросила одна из женщин.

– Точно такая была на купце в ночь, когда его караван разорвали на куски. А самого купца тварь тогда не посмела тронуть! Едва завидев ладанку, она бросилась прочь! Там внутри зашит щит-корень, который отпугивает всякую ночную нечисть, – сразу прекратив причитать, воскликнул лысый. – Если хочешь, селянка, я могу уступить тебе точно такую же, и совсем задешево. Признаться, я везу эти ладанки своим односельчанам. Но совершенно случайно у меня оказалась пара лишних. И стоит-то она всего нечего – лишь десять бронзовых пуговиц.

Кранц зашелся хриплым кашлем, для того чтобы скрыть разбиравший его смех. Лысый бросил в его сторону быстрый взгляд, но поняв, что худой старик благоразумно промолчал, продолжил нагнетать обстановку:

– Всего за десять бронзовок вы сможете посреди ночи смело отправляться куда угодно, и вас не тронет никакое порождение тьмы!

Словно в подтверждение его слов, из леса вновь послышался протяжный вой, ужасного существа.

– А где гарантия, что ты нас не обманешь? – с сомнением спросил кузнец.

– Да я прямо сейчас покажу вам, как работает моя ладанка с щит-корнем! Я просто пойду туда откуда слышится этот жуткий вой и прогоню зверюгу, словно овцу, чтобы он не мешал нм спать! – самонадеянно заверил его лысый выжига.

– Э, постой, погоди! – поспешно остановила его крестьянка. – Прежде чем отправляться на верную смерть, продай мне ладанку со своим чудо корнем!

– И мне! И мне! – послышалось со всех сторон и к лысому потянулись руки с монетами.