— Да, спасибо, — ответила Дарья, и Строганов лично налил ей в стакан пузырящейся жидкости со своеобразным, но таким манящим вкусом после вчерашнего.

Девушка не могла признаться в том, что вчера они усиленно отмечали открытие выставки. Надеялась, что её новый работодатель этого и не заметит.

Он и не обратил на это внимания, так как мысли его были заняты совершенно другими вещами.

— Вот это, — он положил сверху остальных документов двойной лист, — контракт на работу. Пока на год, соответственно, с оплатой за этот самый год. По результатам нашего сотрудничества рассмотрим уже бессрочный документ.

Строганов внимательно наблюдал за тем, как девушка читает содержание контракта. Больше всего его позабавило то, как расширились глаза девушки, когда она дошла до суммы контракта, означенной за год.

— Простите, — сказала она, указывая на цифры, — но мне кажется, что вы тут ошиблись. По-моему, как минимум один ноль лишний.

— Да бросьте, — он отмахнулся от её слов и пристально посмотрел в глаза такого знакомого окраса. — Я всего лишь по достоинству оценил ваши умения и таланты, ничего больше. Привыкайте и вы ценить себя так, как я ценю вас. Хотя бы на этом уровне.

От волнения Дарья взяла стакан с минералкой и осушила его почти полностью, после чего потёрла глаза, словно ей могло померещиться написанное, и снова уставилась на цифры.

— Правда, — заметил на это Строганов, закладывая руки за спину и прохаживаясь по кабинету вдоль стола, — работать придётся много и плотно. Частенько без выходных. Так сказать, с полным погружением.

Он снова посмотрел на девушку и увидел, что на этот раз его слова попали мимо цели. Она всё напряглась и замерла с ручкой, который только что собиралась подписать контракт.

— Простите, — сказала она серьёзно и с некоторой даже дрожью в голосе. — Я надеюсь, в контракт не входит сотрудничество в горизонтальной плоскости?

— Что вы, что вы? — Пётр Ильич натурально опешил от такого вопроса, а потом, кажется, понял, откуда он вообще появился. — Если вы имеете в виду моего сына, а я знаю, что он вам докучал, то, поверьте мне, я сделаю всё, чтобы защитить вас от его посягательств.

— Я очень рада, — она с облегчением выдохнула. — А раз так, то я, конечно же, согласна.

После этого она подписала контракт на год, они обсудили ещё некоторые моменты, поделились впечатлениями от открытия выставки и выпили по стакану минералки.

Затем девушка побежала курировать процесс, а Строганов, проводив её, вернулся в кабинет. Там его уже ждали два человека в белых халатах и со стерильными контейнерами в руках.

— Вот её стакан, — показал Пётр Ильич на ёмкость, из которой Дарья употребляла минералку. — Тут она сидела, наверняка что-то остались.

Молчаливые работники кивнули, забрали в пакет стакан, затем сняли с кресла несколько волосинок, по цвету соответствующих волосам Дарьи. Потом кивнули Строганову и вышли прочь.

Перед самой дверью один из них повернулся, словно что-то забыл.

— Результат будет в течении двадцати четырёх часов, — проговорил он. — Мы вам обязательно сообщим.

* * *

Я сидел у себя, смотрел вдаль и предавался мыслям о том, что каникулы мои, хоть оказались и не совсем похожи на то, что я себе придумал, в целом, удались. Без малого две недели на Земле оказались незабываемыми и наполненными различными событиями, которые сложно было себе представить на Олимпе.

И при всём том большая часть пребывания тут оказалась наполнена добром и позитивом. Более того, я сам многое понял и, кажется, даже немного исправился. Меня почему-то перестали привлекать пустые развлечения. Захотелось делать так, чтобы всем вокруг меня было хорошо.