— Жозефина Павловна? — переспросил я, едва сдерживая смех. — Серьёзно?

Графиня кивнула с видом, полным достоинства.

— А ваши родители были знатными троллями, могу я вам доложить, — мне реально хотелось заржать в голосину, да и лёгкая обстановка вокруг соответствовала. — Так обозвать любимую дочь.

— Что есть, того не отнять, — согласилась Жозефина Павловна с доброй улыбкой на лице. — Но зато они оставили меня с редким именем и с миллионами личного капитала.

— Туше́, — я поднял руки ладонями вперёд. — Тут вы меня уделали.

— Вот видите, — произнесла она наставительно. — Благозвучность имени не гарантирует финансовую состоятельность.

— Графиня Зубова, кстати, — проговорила Эльвира, положив руку на плечо старушки, — действительно завидная невеста. Её состояние по некоторым оценкам…

— Что ты, моя хорошая, — перебила её старушка. — Не стоит об этом при первом знакомстве.

— Действительно, — кивнул я, уже находясь в восторге от графини, которая в этот момент достала из ридикюля огромный мундштук, вставила в него тонкую сигарку и закурила. — А то ещё не удержусь, — хохотнул я.

— А ты не держи себя, не держи, — подбодрила меня Жозефина Павловна. — Партейку?

— С вами? — произнёс я, оглядывая взглядом остальных присутствующих. — С удовольствием.

— Эй, молодняк! — крикнула графиня обернувшись. — И остальные кошёлки старые. Давайте в кучу, красавчик княжич нашёлся!

На её возглас к нам приползло несколько реликтов, которым, несмотря на это, всё равно было меньше, чем Зубовой. И мы начали партию по мелочи. Хотя, конечно, для кого-то начальная ставка в десяток тысяч показалась бы весомой.

Через час с небольшим все деньги старушек перекочевали ко мне. Я понимал, что мне потребуются все возможности, чтобы выйти сегодня отсюда победителем. Но они не выказывали никакого беспокойства по этому поводу, а, скорее, наоборот, светились от счастья.

— Знаешь, — проговорила мне графиня доверительным тоном. — Впервые за пять миллионов я получила от молодого мужчины только моральное удовлетворение, — и она хихикнула в руку.

— Какие ваши годы, Жозефина Павловна, — сказал я, глядя на одуванчик её седых волос. — Ещё получите!

— Ох и не знаю, молодой человек, не знаю, — ответила та, но всё с прежней улыбкой. — Лучше поделитесь, как вы так хитро нас обставили? Уж не мошенник ли вы часом? — она игриво ткнула меня локтем в бок. — А то поиграем в хорошего и плохого полицейского, а?

— Я смотрела, — со смехом наблюдая за игрой престарелой графини, ответила Эльвира. — Наш молодой княжич ни разу не допустил нечестной игры.

— Да знаю я, знаю, — отмахнулась та. — Но не может же так везти!

— Может, — я легонько кивнул и перешёл на свой самый доверительный тон. — С недавних пор я молюсь богу Рандому. И мне везёт практически во всём. Попробуйте! Только искренне. И вот увидите, всё наладится. Может, даже замуж выйдете!

— Рандом, — попробовала она на языке непривычное слово. — Что ж, обязательно помолюсь. Надеюсь, мне повезёт.

— Обязательно, — ответил я и встал из-за стола.

И только я это сделал, как из соседней комнаты донёсся горестный голос Туманова-старшего:

— Да как так-то⁈ Я должен был выиграть!

Глава 15

Несмотря на все заверения Лаки, Попадос всё-таки решил взглянуть на то, как Рандом мучается в парализованном теле. Говоря откровенно, он Попадосу уже давно стоял поперёк горла, а тут и вовсе захотелось Рандома развоплотить окончательно.