|
Следовательно, из общего количества вновь произведённых денег 3 остались в пределах подразделения II и не возвратились в подразделение I. Согласно нашему предположению, подразделение II уже удовлетворило свою потребность в золоте как в материале. Поэтому указанные 3 остаются в его руках как золотое сокровище. Так как они не могут образовать какого бы то ни было элемента его постоянного капитала и так как подразделение II уже раньше имело достаточный денежный капитал на покупку рабочей силы, так как, далее, эти добавочные 3з, за исключением возмещения износа основного капитала, не выполняют никакой функции в пределах IIc, на часть которого они обменены (они могли бы служить для того, чтобы pro tanto покрывать износ основного капитала лишь в том случае, если IIc (1) меньше, чем IIc (2), что имеет характер случайности); так как, с другой стороны, именно за исключением возмещения износа основного капитала, весь товарный продукт IIc должен быть обменён на средства производства I (v + m), – то эти деньги целиком подлежат перенесению из IIc в IIm, причём безразлично, существует ли последнее в форме необходимых жизненных средств или в форме предметов роскоши; наоборот, соответствующая товарная стоимость подлежит перенесению из IIm в IIc. Результат: часть прибавочной стоимости подразделения II накопляется как денежное сокровище.
Во второй год воспроизводства, если точно такая же доля золота, добытого в течение года, по‑прежнему используется в качестве материала, то 2 опять возвратятся к Iз, а 3 будут возмещены in natura, т. е. опять высвободятся в подразделении II как сокровище и т. д. Относительно переменного капитала вообще: капиталисту Iз, как всякому другому, постоянно приходится авансировать этот капитал в деньгах на покупку труда. На это v не ему, а его рабочим приходится покупать у подразделения II; следовательно, никогда не может произойти такого случая, чтобы этот капиталист выступил как покупатель, т. е. чтобы он сам бросил золото в пределы подразделения II без инициативы последнего. Но поскольку подразделение II покупает у него материал, поскольку это подразделение должно превращать свой постоянный капитал IIc в золотой материал, постольку часть (Iз)v возвращается от подразделения II к капиталисту Iз точно так же, как возвращается переменный капитал к другим капиталистам подразделения I; поскольку же этого не происходит, он возмещает своё v золотом непосредственно из своего продукта. Но в той мере, в какой v, авансированное в денежной форме, не возвращается к нему от подразделения II, в этой мере часть денег, обращающихся в пределах подразделения II (деньги, притёкшие в это подразделение от подразделения I и не возвратившиеся к последнему), превращается в подразделении II в сокровище, и потому соответствующая часть прибавочной стоимости этого подразделения не расходуется на предметы потребления. Так как постоянно открываются новые золотые прииски или возобновляется работа на старых, то известная доля денег, которые капиталист Iз должен затрачивать на v, всегда составляет некоторую часть того количества денег, которое имелось налицо до начала добычи нового золота; рабочие капиталиста Iз бросают эти деньги в пределы подразделения II и, поскольку они из этого подразделения не возвращаются к капиталисту Iз, они образуют там элемент для образования сокровища. Что же касается (Iз)m, то капиталист Iз всегда может выступать с этой суммой как покупатель; он вносит в обращение своё m в форме золота и извлекает за него предметы потребления IIc; в подразделении II золото отчасти используется как материал, поэтому здесь оно функционирует как действительный элемент постоянной составной части с производительного капитала; поскольку же этого не происходит, то оно опять‑таки становится элементом для образования сокровища в виде части IIm, застывшей в денежной форме. Отсюда видно, – если оставить в стороне Ic, подлежащее рассмотрению позже,[61] – каким образом даже при простом воспроизводстве, хотя здесь и исключается накопление в собственном смысле этого слова, т. |
