– Пожалуйста, август, – кратко, но емко попросил Толгримм.

«Пожалуйста, не создавайте проблем». «Не преследуйте её». «Не портите её репутацию».

Толгримм просил что то из этого или все сразу. Айонас вздохнул и утвердительно качнул головой.

– Ладно. – Август ткнул пальцем Толгримму в грудь. – Но смотрите в оба.

Толгримм отозвался краткой улыбкой и кивком. Хорошо, что обошлось без сцен или разборок.

– И еще, – добавил Диенар. – Возьми хотя бы часть моих бойцов для охраны. Как доберетесь, отправишь домой. – Айонас не спрашивал напрямую, но интонация просьбы так и витала в воздухе вокруг диалога. Толгримм кивнул: это можно, путь действительно будет непрост.

Айонас все еще, супясь, смотрел Альфстанне вслед, и тогда Толгримм не выдержал. Чуть приблизился к августу и шепнул:

– Если дадите слово делать только то, что она вам позволит, я уговорю Берена этой ночью напиться со стражниками. Он будет не прочь полапать местных девок.

Айонас пропустил три удара в груди, а потом почувствовал прилив крови во всем теле. Он вскинул на Толгримма горящие глаза и, не в силах выдавить что нибудь внятное, кивнул.

С наступлением ночи Алеонт тихонечко растолкал магов, разделивших с ним могущество Разлома. Дал знак одному из колдунов Дома Чар – телеманту – повесить заглушающий барьер. Вокруг небольшой группы распространилось едва заметное серебристое свечение. Алеонт пробормотал какую то ерунду погромче, чтобы убедиться, что караульные и стражи снаружи купола ничего не слышат. Потом еще немного громче, потом вовсе обратился полным голосом. В завершении крикнул, что все стражи Вечного – узколобые тупицы, сношающиеся с овцами, и, убедившись, что возмездия не следует, успокоился.

– Итак, – обратился он к остальным. – Завтра нас поведут в новую клетку, как скот, и кто то обязательно пострадает. Поэтому для начала разделимся. В Цитадели Стабальтов мы сможем приобщить к нашей борьбе со стражами других магов. Сможем найти еще единомышленников. Но для этого не нужны все – хватит и половины. А другая половина должна будет пройти за Разлом и разделиться уже там. Кто то пойдет на север и найдет нам убежище ближе к Талнаху, а кто то на юг, до самого Те’Альдина.

Алеонт обвел глазами всех собравшихся и заговорил тише, проникновеннее, чтобы каждый понял важность сказанных им слов.

– Мир не изменится, если этим никто не будет заниматься. И тем более – мир магов. Нам нужны чародеи, и я прошу присоединять к нам каждого, кого получится. Повсюду. Покажите им силу. Покажите, что с этой силой можно не боятся ни стражей Вечного, ни солдат, ни других магов. Скажите им, что только силой можно вырвать себе свободу.

К нему прислушивались и задавали справедливые вопросы.

– А как быть с теми, кто будет сопротивляться? – проговорил один из сподвижников. – Есть ведь колдуны, которые верят, будто ограничивать магов – правильно, – сказал он с необъяснимой интонацией.

Алеонт затих, оскалившись.

– Они либо с нами, либо против нас.

Лео осмотрел лица собравшихся и постарался ослабить мгновенно повисшее напряжение: еще бы, убивать других магов никому не хотелось! Они же вроде как ратуют за свободу всех магов, не так ли?

– Большинство боится быть одинокими в своем недовольстве. Я тоже боялся, – доверчиво поведал Лео. – Но одного за другим, я собрал вас всех. Так что и вы, когда будете призывать магов встать на одну с нами сторону, говорите, что нас уже много.