— …но, уверяю, лично мне ничего подобного не нужно. Так что можешь сколько угодно игнорировать то обстоятельство, что я тебя уволил. Мое мнение остается неизменным.

Синди очень неуютно чувствовала себя под взглядом синих глаз, который словно пришпиливал ее к месту, однако прекрасно понимала, что, если сдаст сейчас свои позиции, это станет фатальной ошибкой. И все же противодействие этому человеку явилось для нее едва ли не самым трудным занятием в жизни. Она с содроганием представила себе, как сложно будет управляться с Джеком, когда он начнет выздоравливать. Никогда еще Синди не приходилось встречать столь властной персоны.

— Я физиотерапевт, а не медсестра.

— А я не обязан всему верить!

Выходит, он допускает мысль, что я его обманываю, возмущенно подумала Синди. Ей пришлось подавить сильнейшее желание сходить за дипломом и ткнуть его в нос Мюррею.

— Игнорирование боли отнюдь не способствует ее исчезновению, — сдержанно заметила она.

Как будто я этого не знаю, подумал Джек и скрипнул зубами.

— В равной степени грубость и самодурство не вынудят меня уехать, — добавила Синди. — Мне приходилось работать со многими трудными детьми и…

Не удержавшись, Тони фыркнул. Однако Джек был настолько взбешен, что даже не обратил внимания на выходку друга.

— Иными словами, я веду себя как капризный ребенок? — проскрежетал он.

— Видишь ли, для своей матери ты, конечно, дитя, — спокойно пояснила Синди. — Но для меня просто клиент.

Ого, эта мерзавка позволяет себе покровительственный тон! Несмотря на всю свою привлекательность, она действует в духе этакой терпеливой няньки при капризном младенце. Гм, а интересно, какое бельишко надето на нянюшке: эротичные черные кружева или строгий белый хлопок?

Уведенный воображением в противоположную от разговора сторону, Джек тем не менее успешно продолжал контролировать его течение.

— Клиент? — саркастически повторил он. — А я-то думал, что ты рассматриваешь меня в качестве пациента! Как и все эти чертовы доктора! Которые ничего не понимают в том, чем занимаются…

Ну-ну, дружок, давай! Еще ножкой топни. Почему бы и нет? А еще считаешь себя взрослым!

Усмехнувшись про себя, Синди заметила:

— Возможно, врачи ничего не смыслят в управлении вертолетами, но избавлять людей от мучений научились неплохо. Способность молчаливо терпеть боль кажется тебе мужеством, однако глупо прибегать к этому без особой необходимости. Ничего унизительного нет в том, чтобы воспользоваться чьей-то помощью. — Она хмуро обежала взглядом напряженную фигуру Мюррея. Если его худощавое тело и имело когда-нибудь излишек жира, то он давно был израсходован. — Честно говоря, я удивлена, что тебя выписали так рано.

— Рано? — вспылил Джек. Воспоминание о долгих месяцах неподвижности было еще слишком свежо в памяти, чтобы он мог спокойно воспринять замечание настырной девицы, непонятно зачем нанятой его матерью.

— Врачи не хотели его выписывать, — пояснил Тони. — Хотя, подозреваю, после ухода Джека они облегченно вздохнули всем дружным коллективом. Поначалу-то у них все ладилось. Ты не поверишь, но до последнего времени Джек считался в клинике идеальным пациентом. Ни на что не жаловался, все терпел…

— Был послушным как собака, — саркастически добавил Мюррей.

— С трудом могу себе представить, — кивнула Синди.

Джек бросил на нее острый взгляд.