|
Прекрасное платье переливчатого шелка, стянутое в тонкой талии широким поясом из чеканного золота, подчеркивало глубокую синеву ее глаз; бледные щеки покрывал чуть заметный румянец, а на алых губах играла приветливая улыбка. - Я рада видеть вас у себя, дон Антонио. - Маркиза протянула узкую руку. Антонио склонился над рукой маркизы, почти неохотно отметив безукоризненное совершенство ее формы и нежную бархатистость кожи. - Ваша воля оказалась сильнее моего благоразумия. - Благоразумия?! - воскликнула маркиза с улыбкой. - С каких это пор Антонио Перес снисходит до благоразумия? - С тех пор, как я плачу слишком высокую цену за безрассудство. Вам известна моя история? - Немного. Я знаю то, что известно всем. Вы убили королевского секретаря Эсковедо. В этом и заключается безрассудство, о котором вы говорите? Я слышала, что причиной ссоры явилась любовь к женщине. - Вы слышали немало. - Антонио едва заметно побледнел. - Хотите узнать еще больше? Я мог бы рассказать вам свою историю. Историю, о которой по всей Европе гуляют самые невероятные домыслы. - Антонио не сводил с маркизы внимательного взгляда. Она посмотрела на него с тревожным любопытством: - Почему вы решили поведать вашу историю именно мне? - В ее тоне угадывалось волнение. - Это позволит объяснить... - задумчиво произнес Перес. - Объяснить? Но что? - Мою сдержанность, мою бесчувственность перед вашим очарованием и вашей красотой, которые в более счастливые времена свели бы меня с ума, лишили бы покоя и поставили на колени! - Vive Dieu!* - тихо произнесла маркиза. - Это действительно требует объяснения. - Я хочу вам рассказать, как стало возможным, что Антонио Перес оказался не способным ни на какое иное чувство, кроме ненависти. Хотите ли вы узнать об этом? - Антонио наклонился вперед, пристально и настойчиво глядя на маркизу. Казалось, его темные глаза состоят из одних зрачков. Несколько мгновений она смотрела в эти бездонные глаза, потом отвернулась. Бледность, внезапно разлившаяся по лицу, и вздрагивающие губы выдавали ее сильное волнение. - Прошу вас, выслушайте меня. - Голос Антонио был мягок, но в нем чувствовались скрытые страсть и сила. Маркиза снова посмотрела ему в лицо и заметила, что он все еще не сводит с нее пристального взгляда. - Хорошо, - сказала она, - я готова вас выслушать. - Маркиза прошла к двум креслам, стоящим в нише у окна, и опустилась в одно из них. Ее лицо и выражение глаз скрыла глубокая тень. Откинувшись в глубоком кресле, маркиза замерла. Дон Антонио сел напротив. После долгого молчания он приступил к рассказу. |
