— Вы, сами знаете эту причину — произнес я, спокойным голосом. — Я просто считаю, что ваш поступок, это поступок, предателя. Вы, что думаете, что если вы сейчас сбежите из управления, то тем самым меня поставите на колени?

Я в упор посмотрел на его, от чего он смутился, словно я угадал его мысли и отвернул свои глаза в сторону.

— Да, мне будет, трудно — продолжил я. — Может, да же очень трудно, но я, по крайней мере, буду знать, что ни кто мне в спину не ударит. Я не буду накладывать на этот рапорт своей резолюции, можете идти к Костину и все рассказать ему о нашем с вами разговоре. Я вам высказал все, что думаю по поводу вашего рапорта.

Усманов продолжал сидеть в кабине, не думая его покидать. Получив отказ, он решил взять меня измором.

— Виктор Николаевич — начал он канючить, как ребенок, — вы не имеете ни какого морального права, удерживать меня у себя в управлении. Я не хочу, больше здесь работать, понимаете, не хочу!

— Слушайте, Усманов! — произнес я. — Вы помните мой разговор с вами и первое приглашение вас на должность начальника уголовного розыска в Челны? Что, вы тогда, мне лично заявили? Помните?

Вы тогда сказали правду, что вы, не готовы работать на этой должности, так как, просто не имеете морального права занимать эту должность, в виду того, что у вас нет соответствующего образования и недостаточно практического опыта, в управлении таким большим подразделением.

Затем, же вы, через две недели, пришли к нам на должность заместителя начальника управления уголовного розыска республики, совершенно забыв о своих моральных и деловых качествах. Напрашивается вопрос, что могло произойти за две эти недели с вами? Вы стали умнее, опытнее? Жизнь показала, что ни чего существенного, с вами не произошло.

Что вы сделали Ильдар, за эти четыре месяца? Да ничего! Теперь, вы рветесь на новую высоту, стараясь снова начать все с чистого листа. Вполне нормальная для васпозиция, не справились в одном месте, стоит попробовать это сделать на другом месте. Но я, не хочу, предоставлять вам подобного шанса, и не стану подписывать этот рапорт. Я, же сказал вам, что вы можете обратиться непосредственно к Костину. Пусть он решает, что с вами, делать дальше.

Он еще посидел в моем кабинете минут тридцать и, не дождавшись моей резолюции на рапорте, вышел из кабинета.

После обеда, ко мне заглянул Смирнов. Связисты утром записали разговор между Цаплиным и неизвестным нам абонентом, который длился около десяти минут.

Как было установлено, этим неизвестным оказался старый друг Цаплина, некто Прохоров Игорь. Судя по разговору, этот Прохоров имел непосредственное участие в этом налете на Собор.

Я быстро связался со службой наружного наблюдения и попросил их плотно прикрыть адрес Цаплина, так как, не исключено, что мы решимся задержать Цаплина именно сегодня.

С утра около дома Цаплина, была организована засада, силами оперативной службы Бауманского ОВД.

Мы быстро обсудили со Смирновым мероприятия по задержанию и набросали небольшой план. Согласно разработанного плана, задержание Цаплина и Прохорова, должны были осуществить оперативники, лишь, при выходе подозреваемых на улицу. Дома, задерживать предполагаемых преступников, мы не решились, так как не были уверены, что у них не было оружия.

Подписав у меня план мероприятий, Смирнов покинул мой кабинет. Я срочно запросил справку на Прохорова Игоря. Согласно, представленной мне справки, Прохоров, как и Цаплин, являлся одним из активных участников преступной группировки «Зининские», и характеризовался, как опытный уличный боец, сильный и дерзкий по характеру.

Я сидел в кабинете в ожидании доклада об их задержании и про себя жалел, что сам не мог лично принять непосредственного участие в их задержании.