— Доброй ночи, товарищ майор — произнес я. — Скажите, вы можете принять у меня устное заявление.

Майор, оторвал свой взгляд от журнала и удивленно посмотрел на меня. Его лицо исказила улыбка, не предвещавшая ничего хорошего для меня.

— А, почему, устное, что ты до сих пор, писать не научился? — произнес он и громко захохотал над своей шуткой.

— Дело в том, что только минут пять назад, сотрудник вашего отдела милиции произвел в меня выстрел из газового пистолета прямо мне в лицо, без всяких на то оснований. У меня сейчас, резь в глазах и по этой причине, я не могу писать.

Майор с нескрываемым интересом посмотрел на меня и произнес, цедя слова сквозь зубы:

— Говоришь, работник милиции? Если работник, как ты говоришь, стрелял тебе в лицо из газового пистолета, значит, у него не было другого, то есть боевого пистолета. Вы, что хотите, что бы в вас стреляли из боевого оружия?

Он вновь засмеялся над своей шуткой. Вокруг него собралось уже человек пять сотрудников милиции, которые весело улыбались, наблюдая за его ответами.

Он еще раз взглянул на меня и, улыбаясь во всю ширину его круглого лица, произнес:

— Если стрелял, как ты говоришь, значит, была на то веская причина. Это ты ее не видишь, а он, как работник милиции, хорошо разбирается в ситуации и у него по всей вероятности, причина стрелять в тебя, определенно была.

От его ответа, все находившиеся в дежурной части сотрудники милиции, громко рассмеялись.

— Так, вы примите от меня устное заявление или нет? — произнес возмущенно я. — Почему вы отказываете мне в приеме заявления?

— Просто, не хочу — ответил мне дежурный и этим ответом, вновь вызвал смех у сослуживцев.

Этот цирк, устроенный дежурным по отделу, окончательно вывел меня из состояния равновесия. Несмотря на то, что все во мне дрожало от возмущения, я спокойным голосом тихо произнес:

— Назовите, вашу фамилию, товарищ майор? По моему, вам надоела ваша сладкая служба, и вы давно уже хотите немного поработать участковым инспектором.

— Моя фамилия, слишком известна, что бы мне ее называть — произнес он, вспомнив, наверное, эту цитату из фильма «Иван Васильевич, меняет профессию». Его ответ, снова вызвал хохот у работников милициию.

Я достал свое служебное удостоверение и представился ему. В какой-то миг, мне показалось, что майор находится в какой-то минуте от инфаркта. Он побледнел и, схватившись за стенку, стал медленно оседать вдоль нее. Еще минуту назад, смеявшиеся надо мной сотрудники милиции, моментально замолчали и с испугом уставились на меня.

— Лейтенант, дайте мне возможность связаться с дежурной частью министерства — попросил я.

Помощник дежурного, молча, протянул мне телефонную трубку. Через секунду, я услышал знакомый голос дежурного по МВД. Я представился дежурному и вкратце рассказал ему об этом небольшом инциденте.

— Что нужно от меня, Виктор Николаевич? — спросил меня дежурный по МВД.

— Подними руководителя отдела, того, кто отвечает за работу дежурной части. Пусть, он проведет служебное расследование и с результатами прибудет ко мне утром в министерство. Я буду его ждать после девяти часов утра. Если его не будет, то мой рапорт в десять будет лежать на столе заместителя министра Сафина.

— Второе. Пусть, немедленно направят дежурную группу и вытащат из дома этого альпийского стрелка, изымут у него все оружие. Пусть также проведут служебное расследование в отношении его, по факту стрельбы.

Получив утвердительный ответ, я развернулся и направился к себе домой.

Меня разбудил настойчивый телефонный звонок.