Я тебе еще не рассказывал, как ходил на день рождение к своей девушке, так вот сейчас, я тебе расскажу.

Попал я в гости, чисто случайно, а там, одни тузы. Один круче другого и все это, напоказ друг другу. Сижу, значит, я за столом и слушаю их. А, они словно малые дети, хвалятся своим добром, словно сами все это заработали.

Посмотрел я немного на этих барыг и стало мне это все так противно, что захотелось сразу же уйти оттуда.

Пригляделся я, повнимательнее к ним, а им, представь себе, глубоко плевать на то, что мне смотреть на них всех, противно. Эти люди имеют все, чего хотят, а главное, им нет никакого дела ни до меня, ни до других таких же, как и я, людей.

Я, потом, еще долго думал над этим и понял, что в жизни самое главное, это деньги, а вовсе не мораль и совесть.

У тех, кто обладает этими качествами, почему-то, никогда не бывает деньг. Эти люди, как правило, осуждают денежных людей вслух, ругают их, но когда, наступает вечер и голодный ребенок со слезами на глазах, начинает просить у них поесть, они потихоньку, чтобы их, не заметили другие такие же, как и они люди, в душе начинают открытозавидовать этим людям и их деньгам.

И тогда, Вадим, я сделал, наверное, свой главный выбор в этой жизни, это делать деньги. Неважно, каким путем они окажутся у меня эти деньги, но я сделаю все, что бы добиться этого.

— Ты, меня начинаешь, почему-то пугать Игорь. Разве тебе не все равно, какие это деньги. А вдруг на них человеческая кровь?

— Мне, лично, без разницы, лишь бы это были деньги, а тем более, большие. Вот, я сейчас с тобой говорю, а мысли у меня крутятся о Москве. Ты, знаешь, Вадим, я больше чем уверен, что этот мужик, не просто так подходил к нам, у него явно имеется какой-то свой интерес к казанской старине. Вот, на этом, я его и подловлю. Пусть думает, что я баклан, это даже хорошо. Я уже достал себе диктофон и запишу весь наш с ним разговор, а там, будет видно.

Не прикоснувшись к купленному пиву, они вышли из бара. Вадим забросил Прохорова домой, а сам поехал в университет.

Звонок начальника управления уголовного розыска Хафизова, застал меня за работой. Я снял трубку телефона.

— Виктор Николаевич — произнес он, — зайдите ко мне.

Убрав документы в сейф, я направился к нему в кабинет. В кабинете помимо начальника управления, находился Усманов, который сидел за столом.

Поздоровавшись с ними, я сел напротив Усманова и приготовился к разговору с Хафизовым. Судя по его лицу, я догадался, что предстоящий разговор будет не из легких не только для меня лично, но и для него.

— Виктор Николаевич — начал Хафизов, — у меня к вам вот какое дело. Мне, конечно, не совсем удобно говорить вам об этом, но вам необходимо передать свою автомашину, новому заместителю Усманову.

Я тут прикинул в ваше отсутствие и решил, что вам, сейчас, служебная автомашина просто не нужна. Вы, ведь уже не выезжаете больше на преступления, а если возникнет какая-нибудь необходимость, я всегда вам могу предоставить свою автомашину. Вы, что не согласны с моим решением или у вас есть какие-то другие предложения по этому поводу?

— Извините меня, но я привык подчиняться приказам руководства, какими бы они не были глупыми и не совсем тактичными. Если, вас интересует лично мое мнение по данному решению, то я могу его озвучить.

— Ну, что, я готов его услышать? — произнес Хафизов и посмотрел на Усманова, словно извиняясь перед ним за эту временную слабость.

— Все дело в том, что эта машина закреплена за мной вот уже более двух лет, по личному распоряжению самого министра. Насколько я знаю, у нас в управлении, есть еще одна машина, на которой ездил бывший заместитель начальника управления Козлов.