— Вот где больше всего желтого! Значит, там больше всего людей, верно?

Почтальон посмотрел, куда она указывала, после чего одобрительно кивнул.

— Да. Там живет очень много людей. Очень хорошо.

— Вот туда мы и отправимся.

— А что сейчас будем делать? — спросила мама.

— Вот что, — предложил господин Беркл. — Нужно подумать, как показать солдатам любовь Бога. Потом избавиться от слежки и выбираться из города. Иначе нас убьют.

— А по пути взять с собой побольше кукольных папочек, — добавила Челси. — Нам ведь нужно много куколок, чтобы построить врата. Господин Дженкинс, сколько людей вместится в ваш большой автомобиль?

— В «Виннебаго»? — переспросил Дженкинс. — Хм, еще десять — без особых проблем. Этого хватит?

Челси пожала плечами. Отыскать других становилось все проще и проще. Она вошла в контакт еще с тремя кукольными папами. Как много предстояло работы: раздать солдатам поцелуйчики, проскочить незамеченными мимо других солдат и добраться до места, где живет много людей. Смогут ли они всего этого добиться?

У нее вертелась в голове одна идея. Но Чонси она не понравится. Может быть, даже не стоит ему об этом говорить. Хотя она сама не была уверена, сработает эта идея или нет. Кто-то должен был ей помочь в этом…

Требовались большие умственные способности.

Как и несколько минут назад, когда у всех возникло такое ощущение…

— Внимание! — скомандовала Челси. — Напрягите мозги и думайте вместе со мной.

Она закрыла глаза. Несмотря на то, что она ничего не видела, она почувствовала, что другие один за другим послушно закрыли глаза. Их мысли объединились вместе, и они приступили к планированию.

День шестой

Осталось три автомобиля. Она могла их обмануть. Должна была их обмануть. Они хотели убить всю ее семью, но Бернадетт не допустит этого…

Ей нужно сохранять самообладание и успокоить детей. Уильям сидел на месте пассажира, все были пристегнуты. Он тоже боялся, и мама знала об этом. Но мальчик все-таки вел себя тихо. Малюток Салли и Кристину она положила сзади. Славные у нее детки; такие замечательные милые ангелочки! Она поправила вокруг них одеяло, чтобы девочки не простудились.

Впереди осталось еще два автомобиля. Бернадетт завела двигатель и проехала вперед еще на несколько метров.

Шон не поехал. Лживый ублюдок! Ну и пусть себе остается, и пусть дом достанется ему. Он просто путался у нее под ногами, ничего не делал и толком не помогал. И наверняка крутил любовь с худенькой секретаршей в своей строительной конторе. Надо же, взять в секретари девчонку, которая окрашивала волосы в черный цвет и наносила на себя такой слой косметики! Бернадетт понятия не имела о готическом стиле, да и слышать не хотела об этом. Наверное, это еще один термин для обозначения такой откровенной неряхи, как эта недалекая секретарша.

Она точно знала, что муж ее обманывал, — так сказали голоса.

Итак, остался всего один автомобиль. Женщина подъехала еще ближе и опустила стекло. Потянуло холодным зимним воздухом…

Солдаты были повсюду. Солдаты и полицейские. Они хотели убить ее, и она хорошо знала об этом. Ей не хотелось приближаться к ним, но голоса твердили, что так нужно. Необходимо было пройти через чертов контрольно-пропускной пункт, выехать на шоссе и потом убраться подальше от Гэйлорда.

Солдаты проводили какой-то тест. Что-то вроде пробы на алкоголь. Ей это было знакомо. Голоса сказали, что бояться нечего, и она им поверила.

В конце концов, если ты не в состоянии поверить собственному внутреннему голосу, то кто еще может тебе помочь?

— Мама, куда мы едем?

— Уезжаем, Уильям, — ответила Бернадетт.