— Я даже выпью за это, — сказал Перри и сделал большой глоток виски из бутылки.

— Мы попали в очень сложное положение, парень, — сурово проговорил Дью. — И тебе, наверное, все-таки пора завязывать с алкоголем…

— А тебе, может быть, наоборот, пора начать? — усмехнулся собеседник. — Я убил своего лучшего друга, отрезал себе член и теперь являюсь своего рода пунктом неотложной психологической помощи в подобных случаях. А ты? Старик, ты же сбрасываешь бомбы на Америку. Ты отвечаешь за борьбу с настоящими пришельцами. Спроси у меня, и я тебе скажу: это довольно серьезный повод выпить.

Перри протянул ему бутылку, разглядывая отвратительный рубец на левом предплечье у Доуси. Боевые шрамы… Перри может гордиться.

Дью принял виски. Парень был прав. Агент сделал большой глоток. Сильный запах алкоголя приятно пощекотал нос и сразу напомнил о тех далеких временах, когда он мог просто выпить и расслабиться. Посмаковав, он сделал еще глоток, после чего отдал бутылку Перри.

Тот выпил.

— У тебя еще какое-нибудь неотложное дело?

— В принципе, да, — ответил Филлипс. — Маргарет попросила, чтобы мы задержались здесь подольше. Это даст тебе шанс отдохнуть. Поэтому до тех пор, пока мы не уедем отсюда, мне нужно добиться от тебя помощи. Реальной помощи. В этом и состоит моя главная задача.

Перри опустил глаза. Дью не был уверен, но ему вдруг показалось, что парень немного покраснел. Смутился, наверное, или что-то в этом духе…

— А ты… хм… — нерешительно проговорил громила. — Ты не хочешь… еще посидеть и поболтать со мной?

Доуси снова протянул бутылку. Агент взял ее, присел рядом и с удовольствием выпил.

Дональд Джуэлл — или дядя Донни, как его любила называть Челси, — чувствовал себя неважно. Точнее сказать, хуже некуда.

Лихорадка усиливалась. Вместе с ней ныло все тело, особенно раздражали стреляющие боли в левой руке. Бетти, по-видимому, тоже заболела. Дочь как-то резко ослабла, голова бессильно запрокинулась, глаза были закрыты. И она уже вся изошла потом.

Но это еще не самое худшее.

Его кто-то преследовал…

Он не мог понять, кто именно; машин на шоссе было очень много. Они ехали и сзади, и спереди. Дональду показалось, что некоторые он видит уже не в первый раз. Кто за ним следит? И что ему нужно?

Они находились в пути уже больше двух часов. Предстояло выдержать еще шесть, а скорее всего, восемь-девять часов, потому что погода не обещала ничего хорошего. Ледяной дождь превратил вождение в сущий ад. Все автомобили на шоссе I-75 двигались со скоростью не выше сорока пяти миль в час. Те, кто жил на севере, по крайней мере, знали, как нужно ездить зимой. Наверняка те, кто оказался в кювете, были жителями южных штатов либо из Огайо.

Он был взвинчен до предела, все тело ломило, к тому же клонило в сон, и общее состояние было просто дерьмовым — не самое лучшее сочетание, когда смысл всей жизни находился рядом, на заднем сиденье.

Кто его преследовал? Кто?!

Решив передохнуть, Дональд съехал с шоссе неподалеку от Бэй-сити. Съехал медленно, внимательно наблюдая, какие автомобили, следующие позади, сделают то же самое. Но ни один не повторил его маневра. Должно быть, догадались, что он следит за ними.

А может быть, он просто вел себя, как сумасшедший… И поэтому за ним никто не последовал. Кому он нужен?

Дональд мягко припарковал машину у здания придорожного мотеля, стараясь не разбудить дочь.