– Нет, благодарю… на работе не употребляю.

– Весьма разумно, – одобрил Марек. – Леонид Петрович, у нас сложилась проблема деликатного свойства.

– Понимаю, – кивнул Леонид Петрович. – Мы, собственно, довольно часто такими проблемами занимаемся. Гарантируем конфиденциальность.

– Очень хорошо. Я думаю, мы друг друга понимаем… так вот, у нас есть проблемка. Один из сотрудников нашей фирмы (Марек кивнул на Ивана) нанес фирме серьезный ущерб. Попросту говоря, он украл крупную партию товара… и не хочет говорить, куда ее дел. Понимаете?

– Понимаю, – ответил Леонид Петрович. – Такие ситуации случаются сплошь и рядом.

– Вот именно. Итак, наш друг (кивок в сторону Ивана) утверждает, что товар он уничтожил… сжег. Но у нас есть основания в этом сомневаться. Вы сможете разоблачить или подтвердить его слова?

– Разумеется, – уверенно ответил Леонид Петрович. – Для того, чтобы работа была успешной, мне желательно знать как можно больше о фабуле дела… в тех пределах, в которых это возможно.

Молчавший до сих пор Гаврюшенко произнес:

– Фабула дела такова: негодяй похитил товар. Все.

– Кхе, – сказал Леонид Петрович. – Дополнительной информации не будет?

– Не будет. Ваша задача: установить, уничтожил ли он товар. А если не уничтожил, то где товар сейчас: продан полностью или частично? Передан сообщникам и так далее… можете?

– Могу.

Леонид Петрович отлично понимал, что дело-то чисто криминальное. Не зря же его пригласили из Санкт-Петербурга в Москву, что – в Москве своих специалистов нет? Полно. Но его полуанонимно, срочно вызвали в столицу, гарантировали тройную оплату и неслабые командировочные. Его встретили в Шереметьево и отвезли куда-то в микроавтобусе с зашторенными окнами. Да и весь прочий антураж – человек в наручниках, нежелание сообщать хоть какую-либо информацию о товаре (что ж за товар-то у вас такой? Не наркота ли?) – однозначно говорит о криминальной подкладке.

Впрочем, Леонида Петровича не интересовала эта сторона вопроса. Меньше знаешь – крепче спишь… Леонид Петрович Малахов был сотрудником «Центра информационной безопасности „Кедр»». Санкт-Петербург – город маленький, в нем существовали всего две негосударственные организации, работающие над определением лжи с помощью полиграфа. Одна – Центр детекции лжи – была основана бывшими чекистами. У них был опыт и высокопрофессиональные кадры… однако чекисты категорически отказывались от тем, где маячила тень криминала. И тогда бандиты и бизнесмены шли со своими проблемами в «Кедр». «Кедр» брался за все! Нужно уличить воришку? – Ради Бога! Провести кадровую проверку персонала банка на предмет связи с правоохранительными органами? – Да нет проблем… Сотрудников «Кедра» нисколько не волновало, что может произойти с завербованным налоговой полицией и выявленным «кедровцами» сотрудником банка. Или, например, с агентом, внедренным в ОПГ. Забьют насмерть «пьяные хулиганы»? Сгорит вместе с дачей? – Бывает!

– Могу, – сказал Леонид Петрович. – В зависимости от глубины проверки мне потребуется от двух до пяти часов времени и выполнение некоторых формальностей.

– Каких? – быстро спросил генерал.

– Во-первых, испытуемый должен дать расписку о том, что исследование проводится добровольно…

Марек улыбнулся и сказал, перебивая спеца:

– К сожалению, наш друг проходит процедуру, э-э… не совсем добровольно… Навряд ли он даст расписку.