— Не могу ответить взаимностью. Зато представляю ход ваших мыслей. Глава Рода не должен ввязываться в войну, которая может похоронить его семью. Всё логично. Зачем жертвовать собой ради внука, которого вы использовали в качестве разменной пешки?

— Звучит грубо.

— Таковы свойства правды.

— В общем, да. Решение было непростым, но мы устранились от всего этого.

Мне стало противно.

— И чего вы от меня хотите, неуважаемый? Сейчас я инквизитор, быстро поднимающийся вверх. Я сумел отстоять то, что принадлежит мне по праву. И вы вдруг увидели намечающиеся выгоды от союза. Решили скормить мне «ценную» информацию взамен… на что? Хотите, чтобы мы скрепили союз документально, и вы бы попали автоматом под защиту консистории? Вам угрожают? Конкуренты? Кровная вражда? Что опять не так?

Говорил я спокойно, отслеживая реакцию собеседника.

Мне вообще было начхать на всех участников этой истории. Мама была хорошей женщиной, но… абсолютно чужой лично для меня, архимага Гримауна. Так что я не собираюсь жертвовать ради неё и её близких интересами своего Рода.

— Ты поспешил с выводами, — князь покачал головой с лёгкой укоризной. — За последние месяцы расклад изменился, и тобой заинтересовались новые игроки. Сложилось так, что я об этом узнал. И, поверь, этих игроков не остановит цвет твоей рясы.

— Надо же, — я хмыкнул. — И кто у нас такой смелый?

— Прежде чем продолжать, я хочу удостовериться, что нас никто не подслушивает. Сними внешние блоки, чтобы мой телепат это проверил.

— В вашем клубе нет защитной артефакторики? — я искренне удивился.

— Представь себе. Только обычные технические устройства.

— Я могу накинуть купол тишины.

— Что это?

— Техника, которая отрежет всех, включая эмпатов и телепатов до второго ранга включительно.

— А ты умеешь удивлять, Ростислав.

— Я знаю.

Исполняю обещанное.

Комната погружается в область моего влияния. Естественно, никакие блоки я снимать не намерен. Я не доверяю этому человеку, будь он хоть трижды моим дедом.

— Я… — на лице Ружинского появилась озабоченность. — Не чувствую своего телепата.

— Так и должно быть, — заверил я. — А теперь говорите, что должны. Пока моё терпение не иссякло.

Глава 27

— Ты слышал о Гинденбургах?

Вопрос Ружинского был столь же внезапен, как выстрел из пистолета.

— Магнаты, — ответил я. — Строят дирижабли.

— Вряд ли только по этой причине они хотят с тобой разделаться.

Пожимаю плечами:

— Они в разработке. Это всё, что я могу сказать без риска нарушить грифы.

— Я так и думал, — князь удовлетворённо кивнул. — Но твоя проблема не только в Гинденбургах. Этот Род, как мне известно, тесно связан с Тёмной Рекой.

— Ассасины?

— Хорошо иметь дело с понимающим человеком.

Я быстро сложил в уме два и два. Винсент Корвин, тайно возглавляющий братство убийц, наверняка уже получил приказ на моё устранение. И не только на моё. Будет логично, если Тёмная Река попытается убрать Бронислава или ещё кого-нибудь из нашей команды.

— Вы меня предупредили, — я кивнул. — Почему? Где выгода Ружинских?

— У нас с Гинденбургами давняя вражда, — вздохнул князь. — Слишком много пересечений в различных сферах. Собственно, поэтому мои эсбэшники за ними пристально наблюдают. И да, мне выгодно, чтобы в этой войне победили Володкевичи.

— Не думаю, что дойдёт до войны. Я инквизитор, Гинденбурги не могут сражаться открыто. Будут направлять убийц, которых я утилизирую.