От поселка, по одному, по двое, но все время, подходили люди. Толпа медленно, но непрерывно, увеличивалась. Начальник РОВД, очевидно, получив какие-то указания, выхватил из кабины черную ручку микрофона, и через пару секунд, хрипя и завывая фоновыми шумами, заговорила:

 — Граждане, перекрытие дороги противозаконно. Немедленно освободите проезжую часть, иначе будете привлечены к административной ответственности, Граждане, предлагаем вам выбрать пятерых представителей, для встречи в руководством района и города. Встреча будет проводится в здании РОВД, повторяю….

Из числа протестующих вышло несколько человек, в том числе отец Глаши и два мужика в костюмах, очевидно, из руководства обогатительной фабрики. Делегаты загрузились в «Таблетку» и поехали в РОВД, перед которым появилась парочка черных «Двадцать четвертых» «Волг».

Череп пол часа, после того, как лидеры протеста скрылись в здании милиции, от милицейского оцепления отделился «УАЗик», осторожно спустился с трассы, и попылил к нам, через пустырь.

 — Серега, это по ходу, за мной. Возьми мой пистолет  — я вытащил оружие из кобуры и протянул старшему:  — У тебя оно понадежней будет. И, давай договоримся, если через час никто из тех, кого в РОВД пригласили, не появится, значить нас выпускать не собираются.

 — И что делать предлагаешь?

 — Вам соваться туда, ни за что, нельзя. А вот, если кто-то подскажет, местным окружить РОВД и требовать московских прокуроров.

 — Ты думаешь, что без этого никак?

 — Слушай, а как? Договариваться они, за последние несколько лет разучились, да и не видят, что с кем то тут надо считаться. Поэтому попробуют, как всегда, зачинщиков задержать и закрыть, остальных напугать. Ладно, давай, если что, не поминай те лихом.

К нам уже шагал какой-то типчик в форме, с погонами лейтенанта милиции:

 — Кто из вас Громов?

 — Я.

 — За мной следуйте…  — тип сделал два шага обратно к машине, но, не услышав моего топота, недоуменно остановился.

 — Вы, что, отказываетесь выполнять приказ?

 — У меня вот старший, а вас я, дорогой товарищ, не знаю.

 — Я участковый инспектор… Вас вызывает начальник РОВД.

Пахомов развел руками, а я кивнул:

 — Нет, ну тогда конечно, вопросов нет, поехали.

В здании РОВД меня провели на второй этаж. Беседа с депутатами проходила на втором этаже, в помещении Ленинской комнаты. На возвышении, за столом президиума сидели четыре представителя Титульной нации, двое в темных костюмах, начальник РОВД, и прокурорский работник невысокого чина, с тремя маленькими звездочками в черных петлицах.

Пришлые сидели в пером ряду. В зале, по периметру которого, расселось пятеро сотрудников милиции, напоминавшие конвой в зале суда.

 — Здравия желаю, товарищи  — я остановился на пороге.

 — Это кто?  — бросил на меня недовольный взгляд «пиджачный», судя по брезгливо оттопыренной нижней губе, самый номенклатурный.

 — Громов, сержант из Города, тот самый  — недостаточно громко зашептал майор  — начальник Улусского РОВД.

 — Громов, ты комсомолец?  — черные глаза пиджачного, казалось, готовы были прожечь во мне дыру.

 — А вы кто, товарищ?

От моего вопроса все присутствующие, за исключением моих ситуативных союзников из числа «депутатов», возмущенно запыхтели.

 — Громов, вы должны знать руководителей партии в районе  — наконец, справившись с волнением, ответил начальник РОВД:  — это третий секретарь Райкома, товарищ Мангышь Касыг-бай Дамирович.