— И вы поверили своей больной дочери-убийце? Что она больше не совершит подобное?

Некоторое время он молчал, потом сделал очередной глоток из бутылки и коротко ответил:

— Нет.

— Но вы надеялись… — Я словно прочитала его мысли.

— Да, — тихо произнес он. — Надеялся, что это не повторится, но этот страх всегда жил во мне, я знал, что рано или поздно это случится — нужен лишь раздражитель, триггер…

— И тут на горизонте появились аж три блондинки, — не сдержалась я. — Вот это триггер!

— Яну уже было не спасти. Я знал, чувствовал, что добром это не кончится, даже… Татьяна, ты читала Джона Стейнбека «О мышах и людях»? Вижу — нет. Потом, как будет возможность, прочти обязательно, тебе будет интересно, очень достойное произведение. Когда прочитаешь, поймешь, что я имел в виду. Там в конце книги один из главных героев определенным образом поступает со своим… так скажем, необычным другом. Вот и я так же планировал поступить со своей дочерью. Но… все вышло так, как вышло. Мою дочь убила ты…

— Главное, что ваша дочь больше никого не успела убить.

После этих слов я поднялась, ибо поняла, что наша аудиенция подошла к концу. Все самое интересное я узнала, пролив свет на всю эту страшную и чудовищную по своей сути историю. Теперь мне надо срочно вытаскивать девушек из их заточения, а то они там уже, наверное, совсем с ума сошли от ужаса и ожидания. Конечно, первым делом мне следовало позвонить в полицию и скорую, но у меня не было телефона, а значит — надо постараться его найти.

— Не одолжите мне свой телефон? — обратилась я к генерал-полковнику Аркадию Семеновичу. — Или, может, сами вызовете скорую и полицию?

— Мой мобильный остался в машине.

— Ну что ж… Ваш пистолет я вам верну в присутствии полиции. А пока сидите и ждите, вставать не советую — ваше колено может вас подвести, и вас тоже должен осмотреть врач. А если вздумаете меня преследовать, то я вас пристрелю, так же, как и вашу сумасшедшую дочь.

Я решительно открыла уже знакомую мне дверь и быстро спустилась вниз. Я не боялась, что этот мужчина сможет мне помешать — он этого попросту не сделает. И не боялась, что он сбежит из дома. Далеко он уйти или уехать не сможет, рано или поздно его все равно найдут, даже несмотря на все его связи. Да мне, по сути, вообще было все равно, что дальше будет с этим несчастным человеком.

«А куда он, интересно, дел тело своей дочери?» — пронеслось у меня в голове, когда я оказалась перед дверью в кабинет. Рядом я заметила еще одну дверь, и она была слегка приоткрыта. Повинуясь какому-то внутреннему порыву вперемешку с любопытством, я приоткрыла ее шире и заглянула внутрь. Рука автоматически нащупала выключатель с правой стороны, я нажала, и вспыхнул свет. Это оказалась большая бильярдная. У стены были два больших кожаных дивана, рядом с которыми стояли небольшие столики. В углу возвышался большой сервант-бар, а посередине комнаты расположился бильярдный стол, на котором покоилось тело мертвой Яны…

* * *

Нет смысла описывать, как я вытаскивала бедных девчонок из их заточения. Сделаю акцент лишь на двух последних и заключительных эпизодах во всей этой кошмарной истории.

Вероника вылезла из заточения первой.