— Давай поедим, — добавил он.

Американец подозвал официанта и попросил принести мезе.

— А потом групера на гриле. Только, будьте любезны, без костей.

— Да, сэр.

Бонд заказал бутылку хорошего шабли, и они в молчании потягивали вино из охлажденных бокалов, пока не появились закуски — тефтели, оливки, хумус, сыр, баклажаны, орехи и лепешки, вкуснее которых Бонд никогда не пробовал. Оба агента налегли на еду. Потом официант убрал со стола и принес главное блюдо — простую белую рыбу, исходящую паром на подушке из зеленой фасоли. У нее оказался изысканный, слегка мясной вкус. Однако не успел Бонд проглотить и нескольких кусков, как телефон зажужжал снова. Определитель показывал лишь код номера, принадлежащий британскому правительству. Предположив, что это, наверное, Филли из другого кабинета, Бонд ответил.

И тут же об этом пожалел.

Глава 31

— Джеймс! Джеймс! Джеймс! Угадай кто! Перси! Давно не слышались!

У Бонда сжалось сердце.

Лейтер нахмурился, увидев помрачневшее лицо приятеля.

— А, Перси. Да.

— Все хорошо? — поинтересовался Осборн-Смит из Третьего отделения. — Никаких стычек, требующих серьезного оперативного вмешательства?

— Все в порядке.

— Рад слышать. Здесь у нас все в темпе вальса. Ваш шеф проинформировал всех насчет «Геенны» — вам ведь было недосуг, вы так спешно покидали пределы страны… — Он выдержал многозначительную паузу. — Не обращайте внимания, Джеймс, я нарочно вас подкалываю. На самом деле я звоню в первую очередь, чтобы извиниться.

— Правда? — с подозрением спросил Бонд.

Голос сотрудника Третьего отделения посерьезнел.

— Сегодня утром я пригнал в аэропорт группу захвата в надежде скрутить Хайдта и притащить на доверительную беседу. Но похоже, вы были правы. Ищейки перехватили и расшифровали обрывок одного сообщения. Сейчас зачитаю… Сперва неразборчиво, потом: «У Северана три основных партнера… если его самого не будет, кнопку может нажать любой из них». Так что ваша взяла, Джеймс, арестовывать его опасно. Остальные просто уйдут на дно, и мы потеряем всякую надежду выяснить, в чем состоит план «Геенна», и предотвратить катастрофу. — Осборн-Смит перевел дыхание. — Я вел себя слегка резковато при встрече и за это тоже прошу прощения. Очень надеюсь продолжить сотрудничество, Джеймс. Извинения приняты? Будем считать, что Гермиона взмахнула волшебной палочкой и обиды как ветром сдуло, идет?

Бонд давно усвоил, что в мире разведки союзники просят прощения за промахи так же редко, как враги. Наверняка уступчивость Осборн-Смита отчасти продиктована желанием остаться в игре и получить свою порцию славы, но это его не задевало. Главное — узнать, в чем состоит план «Геенна», и предотвратить гибель тысяч людей.

— Конечно.

— Хорошо. Ваш шеф послал нам агентурное сообщение по результатам вашей поездки в Марч, так что я по нему работаю. С «радиусом взрыва» все ясно — самодельное взрывное устройство, поэтому мы вылавливаем любые сообщения о неучтенной взрывчатке. Поскольку известно, что в «условия» сделки входит пять миллионов фунтов, я подключил свои контакты в Банке Англии, чтобы отследить ПФО.

Бонд и сам думал позвонить в банк с просьбой сигнализировать о подозрительных финансовых операциях. Но пять миллионов фунтов — такая мелочь по нынешним временам, что скорее всего в потоке отчетов он бы просто захлебнулся. А Осборн-Смит, если хочет, пусть покажет.

— Что касается подтвержденного «курса», — продолжал сотрудник Третьего отделения, — без более подробной информации взять под контроль какие-то воздушные или морские суда не представляется возможным.