Мы миновали гряду низких пологих холмов, поднялись немного по одному из них, и тут земля неожиданно оборвалась у наших ног. Огромный широкий овраг перекрывал нам путь. Крутые, почти отвесные склоны его с осыпающейся породой исключали любой спуск, а шумящая внизу быстрая река казалась глубокой и опасной.

– Мост немного левее, – пояснил Иоко, – я вспоминаю эти места. Идем!

– Да, мост слева, – согласился Хант и радостно подпрыгнул.

Пришлось пройти вдоль кромки оврага приличное расстояние, прежде чем перед нами появились белые каменные опоры моста, который ровнехонькой дорогой вел с одного берега на другой. Его сложенные из белого камня «ноги» исчезали в бурлящей воде, а в дорожном настиле зияли огромные дыры, в которые просматривалась река.

Никаких перил у моста не было, и по правому его краю почти весь настил обвалился, поэтому пригодной для прохода оставалась только левая часть.

Другими словами, если бы не необходимость, по доброй воле я ни за что не шагнула бы на эту неустойчивую конструкцию.

– Это что? – хмуро поинтересовалась я, осторожно приближаясь к белым камням.

– Когда-то в этих местах была широкая дорога и по ней часто ходили, – пояснил Иоко.

– И куда она делась? – не поняла я.

– Заросла травой, что тут непонятного, – сердито заметил Хант.

– Ты же говорил, что с мостом все в порядке, – я повернулась к нему, – как можно переходить по такой развалине?

– Ничего не развалина. Нормальный мост, – возразил Хант, – вот смотри, как я по нему пройду.

И хвостатый мальчишка-призрак понесся по белому каменному настилу, подпрыгивая и вертя хвостом.

– Ты же призрак и ничего не весишь! – Иоко приблизился к мосту, осторожно ступил на первые камни и слегка покачался, проверяя их прочность.

– Вот именно, – хмуро подтвердила я. – Мост выглядит так, словно вот-вот рухнет в реку. На него и смотреть страшно, не то что идти.

– Мы не будем возвращаться обратно, – уверенно произнес Иоко и, оглянувшись, посмотрел на меня.

В его глазах светилась такая твердая решимость, что я поспешно прикусила язык. Ладно, подумалось мне, значит, придется рисковать жизнью.

Река внизу бурлила, торопилась и вскипала белыми барашками возле высоких каменных опор. Даже хасы держались подальше от этого места – я поймала себя на мысли, что не слышу ставшего таким привычным стрекота.

– Кое-что могу сделать, я все-таки Хранитель, – Иоко поднял Посох повыше, и тот засеребрился, засветился ясным белым светом, став тонким и невероятно длинным.

Иоко слегка дотронулся им до моста, провел невидимую линию прямо по щербатым камням, и его волшебство заработало. Мост тихо и ласково загудел, словно заворчал, слегка дрогнул и прямо на наших глазах стал обрастать новыми целыми камнями. Восстановилась кладка, залатались все дыры в дорожном полотне – и вот перед нами безопасный путепровод, покоящийся на длинных опорах из целого белого камня. Перил по-прежнему не было, но это уже не имело значения, потому что теперь по широкому мосту могли свободно двигаться сразу несколько путников.

– Можем идти, – Иоко оглянулся и покачал Посохом, – вот так этот мост выглядел в былые времена.

– Я никогда не видел его целым. – Хант прискакал обратно и принялся рассматривать камни, что составляли настил.

– Потому что рабов в такие места не водили, – пояснил Иоко.