Сколько бы ни стоили услуги артефактора, я всегда мог снять валюту с карты и обменять ее в местном банке. Мне не было жалко ни копейки на так называемые амортизационные расходы, лишь бы левый клинок вернулся к изначальному виду и свойствам.

Сейчас я гнал ленивого верблюда во весь опор, насколько только позволяла скорость этого животного. Периодически обгоняя нашего сопровождающего, который деликатно, но с завидной периодичностью делал мне замечания.

— Всё мы успеем, господин Маркделецкий! Сейчас вы измотаете верблюдов и сделаете этим только хуже! — покрикивал он на меня и, стиснув зубы, мне приходилось сбавлять скорость. А так не хотелось уныло плестись, когда до Джаркада остается всего час. Какой-то жалкий час, разделяющий меня с мастером, вернувшим бы мне мою реликвию. Смысл моей жизни. Мои драгоценные клинки.

— Господин Марк! — нагнал меня Саймон.

Предчувствуя от него вопросы, касающиеся моих мыслей, сбавил скорость еще немного. Теперь мы снова плелись в самом хвосте процессии.

— Чего тебе?

— Вы так трясетесь за эти клинки. С первого дня, как только мы встретились, едва ли не половина ваших повседневных дум посвящена лишь им. Что же в них такого особенного?

— Само их существование, — лаконично ответил я, не вдаваясь в подробности.

Понятное дело, что паренька такой ответ не устроил.

— Может, поведаете еще одну увлекательную историю из прошлого? Например, о том, как они у вас появились. С интересом бы послушал.

— Нет, — тут же отрезал тоном, не терпящим возражений. — Поделиться этой историей, в отличие от многих других, я не готов.

— Но… почему? — промелькнула нотка обиды в его голосе.

— Потому что не хочу, Саймон, — сдвинул я брови. — По крайней мере, пока что.

— П-понял, — кивнул тот, и я вновь прибавил шаг.

Какой же пытливый мне попался спутник! Еще от предыдущих тайн оправиться не успел, подавай следующие. И этим он мне так же ужасно напоминал извечно любопытного Кассиуса. Лизнуть яд Версалида… Да, пожалуй, и Саймон не побрезговал бы подобной глупостью. За ним не заржавеет.

Дальнейший путь прошел в вымученном молчании, что неудивительно, учитывая его продолжительность в отрыве от банальных благ цивилизации. Но вот, как и уверял нас Динар, около часа спустя впереди показались величественные стены Джакарда из плотного песчаника.

Последние лучи закатного солнца скользили по бархатным пескам, когда мы наконец-то въехали в столицу Аравийской Империи и остановились возле первых торговых лавочек. Торговцы уже собирали товар, опустошая прилавки. Их рабочий день был окончен, да и нам следовало привести себя в порядок, прежде чем отправляться на поиски.

— Какой же теперь у нас план? — осторожно осведомился у меня хабб.

Даже у этого говорливого полумужа язык отсох за время, проведенное в пути. Зато не сомневался, что завтра, как следует выспавшись, обмывшись и наевшись, он начнет день с экскурсии по городским достопримечательностям. По крайней мере, для увлеченных местной историей Саймона и Анны-Марии. Луке наш провожатый всё еще был неприятен.

— План? Разберемся по ходу дела. Утро вечера мудренее, — пустил я верблюда степенным шагом мимо торговых рядов.

— Вот и правильно, благородный господин! — весело подхватил хабб. — Если у нас не будет плана, то никто не сможет ему помешать. Вы, как всегда, прозорливы не по годам!

Я усмехнулся, но про себя подметил, что в первую очередь нам необходимо было отыскать артефактора, а уже после заниматься бандой, именующей себя гадами и распространяющей яд моего Версалида.

Но была еще одна вещь, которая беспокоила меня с самого въезда в Джакард. Даже если яд Версалида поставлялся отсюда, ауру его беглой души я до сих пор не ощущал…

Глава 10

Кончики пальцев Анны-Марии скользнули по внешнему кругу печати на моей спине.