Двинулись дальше и вскоре уперлись в металлические, выкрашенные в зеленый цвет ворота с эмблемой Минздрава на створках: чаша с обвивающей ножку змеей. Ворота были врезаны в глухой забор из серых бетонных плит, рядом с ними располагалась такая же металлическая дверь с «глазком» телекамеры и металлической плитой с выпуклыми буквами: «Министерство здравоохранения России. Туберкулезный диспансер ь 2». Чуть ниже висела еще одна табличка: «Вход только по пропускам». Зинчук достал из кармана кожаной куртки толстый черный карандаш, направил его на ворота, и створки с тихим гулом начали разъезжаться в разные стороны. Показались два столбика слева и справа с выпуклыми глазами фотоэлементных датчиков.

— Красиво живете, — покачал головой Панкрат. — «Тубдиспансер» — легенда?

— Нет, настоящий, — нехотя откликнулся Зинчук. — Принадлежал Четвертому управлению Минздрава. Здесь в советские времена лечились только старперы, высокопоставленные партийные бонзы.

— Как вам удалось прибрать диспансер к рукам?

— У нас есть свои люди наверху, — дернул уголком губ Зинчук. — Кое-кого купили, кое-кого прижали, и диспансер «пришел в полную негодность».

— А куда делся контингент?

— В последнее время диспансер был закрыт из-за отсутствия финансирования, так что никого выселять не пришлось.

Машина попетляла между деревьями, лужайками и беседками, выехала к трехэтажному зданию помпезного вида с колоннадой и каменными львами у центрального входа. Здесь на площадке перед колоннами уже стояли джип «Ниссан» черного цвета, фиолетовый «Линкольн», военный «газик» и «Газель» с красными крестами по бортам. Нигде не было видно ни одного человека, но стоило Панкрату выйти из машины, как из-за колонны показался парень в пятнистой форме, без оружия и головного убора, но с армейской рацией в руке.

— Дежурный Сукачев… — начал он, однако Зинчук махнул рукой, и парень умолк.

— Это наш жилой комплекс, — сказал помощник Мережковского, — по сути — казарма, но с удобствами. Остальные сооружения: стрельбище, физгородок, полигон, «тропа разведчика», — находятся в ста метрах отсюда. Будете осматривать?

— Позже, — сказал Панкрат. — Покажите мне мои апартаменты и постройте личный состав группы.

Дежурный и Зинчук переглянулись.

— Я соберу группу в классе «А», — сказал дежурный с заминкой.

Панкрат пожал плечами, забрал из багажника сумку с личными вещами и направился следом за Зинчуком.

Его апартаменты оказались на втором этаже, выходя всеми окнами на красивую даже осенью лесную поляну. Видимо, это был когда-то номер «люкс» диспансера: три комнаты — гостиная, спальня и кабинет, прихожая, туалет, ванная комната с джакузи, высокие трехметровые потолки. В таких номерах Панкрату жить еще не приходилось.

Бегло оглядев комнаты, он бросил сумку в шкаф в прихожей, плеснул в лицо водой из-под крана и вышел в коридор, где его ждал провожатый. Один за другим они поднялись на третий этаж здания, где располагался класс «А» — бывший актовый зал. В небольшом помещении с пятью рядами стульев, способном уместить человек тридцать пять, сидели и стояли молодые парни в обычной гражданской одежде. Их было всего десять человек, и Панкрат невольно посмотрел на Зинчука, как бы спрашивая: и это все? Тот понял, слегка развел руками, шагнул в зал.

— Привет, орлы.

«Орлы» зашевелились, разглядывая вошедших, двое из них встали, еще двое остались сидеть, закинув ногу за ногу.