Женщина снова бросилась было в атаку, растопырив пальцы рук с длинными ногтями (тоже весьма серьезное оружие), но Крутов уже достиг состояния веры, стал огромным — в ее глазах, вознесся над ней горой и гулким грохочущим басом проговорил:

— Остановись, насчастная!

Наездница с визгом отшатнулась, остолбенела, глядя расширенными глазами на «великана». Крутов повернулся к ней спиной и вошел в дом.

В холле его встретил Лев Арменович Данильянц, такой, каким его описывали разведчики Катарсиса: высокий, жилистый, с гривой черных волос, горбоносый и смуглолицый. Глаза у него были карие, с поволокой, и сидели слишком близко к переносице и глубоко, но этот недостаток скрашивал умный, уверенный взгляд. Одет он был в расшитую драконами пижаму.

Рядом с ним стоял некий бледнолицый господин в хорошем костюме, возраст которого трудно было определить с первого взгляда, но именно от него и исходила та угроза и сила, которую почувствовал Егор еще у входа на территорию дачи.

— Прошу прощения, Егор Лукич, — раздвинул губы в улыбке Данильянц. — Мои люди вас не помяли?

— Благодарю за теплый прием, — невозмутимо сказал Крутов. — Весьма польщен.

Улыбка стала шире.

— Еще раз простите, но я обязан был вас проверить. Георгий Владиславович так расписал ваши достоинства, что мне захотелось… э-э, убедиться.

— Надеюсь, ваш тест я прошел успешно?

— О-о, великолепно! Жора в вас не ошибся.

— Тогда позвольте убедиться, что и мы не ошиблись в вас.

Брови Данильянца полезли вверх.

— Что вы имеете в виду? И кто это — мы?

— Мы можем поговорить с вами наедине?

Данильянц и бледнолицый его спутник обменялись быстрыми взглядами, мужчина отрицательно качнул головой.

— Пойдемте в гостиную.

Лев Арменович направился к лестнице на второй этаж, Крутов и бледнолицый молчаливый приятель Данильянца пристроились следом. Егор вдруг поймал звучащую внутри господина в костюме музыку — тоскливые мрачные ноты, от которых по коже бежали мурашки, и понял, что этот человек имеет отношение к экстрасенсорике.

Они вошли в гостиную коттеджа с кожаными креслами, стеклянными столиками, огромными окнами, сквозь которые помещение заливали потоки света.

— Присаживайтесь, — кивнул на кресла Лев Арменович. — Что будете пить?

Крутов посмотрел на бледнолицего и твердо сказал:

— Пусть ваш придворный чародей удалится.

Быстрый обмен взглядами, еще один отрицательный жест.

— Он нам не помешает.

— В таком случае прошу извинить. — Егор сдвинул каблуки, кинул подбородок к груди. — Мы, кажется, ошиблись. — Направился к двери.

— Постойте, — окликнул его Данильянц после секундного замешательства; на его лице проступили досада и злость. — Какого дьявола вы себя так ведете?! Вы на моей территории…

В то же мгновение в стекле окна появилась дырочка, а ваза с цветами на стеклянном столике разлетелась на мелкие осколки.

Данильянц оторопело посмотрел на столик, на окно, перевел взгляд на невозмутимо стоящего у двери Крутова, побледнел.

— Вы… что?!

— Не стойте у окон, — каким-то козлиным тенорком быстро проговорил бледнолицый экстрасенс, опасливо отодвигаясь в угол. — Гостиная просматривается из леса. Пошлите туда своих парней.

Крутов усмехнулся в душе, вспоминая слова Георгия. Тот следил за обстановкой на даче и самым наглядным образом продемонстрировал, что находится неподалеку.

Данильянц выскочил в коридор, достал мобильный телефон и дал команду прочесать лес со стороны Десны.