Я не слабачка! Одна неудача –это еще не конец! Пусть мне многое здесь не нравится, пусть иногда мне бывает очень плохо, и я скучаю по своему тихому, унылому городку, где все родное и знакомое, но я ни за что не уеду. Не сейчас, когда встретила любимого мужчину. Мне восемнадцать и имею право любить, кого хочу, спать, с кем хочу и когда хочу! Это не протест в духе подросткового максимализма. Это мое желание идти до конца по выбранному мной пути. Это мой выбор, пусть и ошибочный. Но он –мой! Смело? Пожалуй.

Но думаю, что в восемнадцать каждый из нас совершал безумные поступки, бросаясь в океан страстей с головой. Потому, как мы верим, что мир крутится для того, чтобы сделать именно нас счастливыми. В восемнадцать человек считает себя уникальным, особенным и в этом прелесть молодости. Для тебя не существует границ и запретов, потому что вера в то, что твой рай где-то рядом, безгранична и непоколебима.

Я не исключение и подобный образ мыслей присущ и мне, особенно, в отношении Гладышева.

Потому, как верю, что настоящая любовь –это безумие, неподвластное никакой логике и разуму, что в ней нет законов и дважды два не всегда четыре, а потому ошибка в расчетах может стать самым лучшим решением в жизни. Все люди мечтают о настоящей любви, мы ищем ее повсюду. Но как нам узнать, нашли ли мы свою половинку? Чтобы получить ответ, нужно прыгнуть без страховки в неизведанное. Возможно, посадка будет мягкой, возможно, будет очень больно, а может, мы погибнем, но пока летим, ничего нет прекрасней и захватывающей этих ощущений.

И все же это не оправдывает того, как я собираюсь поступить с мамой. Это неправильно; эгоистично, подло, по свински, но иначе у меня не получается. Я трусиха, не готовая нести ответственность за свои поступки.

Эти размышления вновь вызывают у меня отчаянье и панику. В таком состояние я пришла к Лерке.

Дверь открыла ее мама.

-О, Яночка, привет! Проходи!- радужно встретила меня Наталья Михайловна. Я натянуто улыбнулась и вошла в трехкомнатную квартиру Гельмс. Леркина мама начала суетится вокруг меня, приглашая на кухню, выпить чай. Поскольку самой Лерки дома пока не было, я решила скоротать ожидание за чашечкой чая. Наталья Михайловна что-то с энтузиазмом рассказывала, я же отстраненно кивала , попивая чай, вкус, которого совсем не чувствовала.

-Януль, все в порядке?- спросила она спустя какое-то время, видимо, заметив мое пассивное участие в беседе, а точнее, полнейшую невнимательность.

-С пивом пойдет. У тебя даже не спрашиваю, и так все на фейсе написано, да и на голодный желудок лучше не стоит. – ответила подруга, продолжая жевать. –Мне, кстати, тетя Катя звонила, тебя искала, -сообщила она, как бы между прочим.

-Что хотела?- просипела я охрипшим от волнения голосом и тут же откашлялась.

-Спрашивала, не у меня ли ты и если да, просила передать, чтобы ты включила телефон и позвонила маме. Что там у вас случилось?

-Девчонки, потом пошепчитесь! Давайте обедайте. –прервала нас Наталья Михайловна, ставя перед нами тарелки с борщом. Лерка активно принялась за еду, я же невидящим взглядом сверлила стену напротив.

-Я на работу поехала.- сообщила Наталья Михайловна, прибрав на кухне. Попрощавшись, она оставила нас одних, чему я была несказанно рада.