– Ты специально поставил камеры в номере, который выделил мне? – спросил Петр у Гиви. – Зачем?

– Да нет, просто этот номер раньше арендовало ФСБ для своих «гостей», а потом мы разошлись, а их «подарки» остались…

– Фильтруй базар! – прикрикнул вдруг Ладо. – А на бабе своей можешь крест поставить, Петушок, – скрипуче рассмеялся Ладо.

Гиви уже без команды запустил кассету, и снова на экране возник козыревский номер, но снятый уже в ином ракурсе. Он был весь уставлен горящими свечами – поначалу Козыреву даже показалось сослепу, что это съемки из какого-то храма. Но потом камера отработала «зумм», и стало понятно, что за алтарь изображен на экране – это была кровать все в том же номере, а на ней в жарких объятиях сплелись два, на этот раз прекрасных, тела – Тамары и Цыгана. Козырев застонал, стиснув зубы. Убить, прямо сейчас ворваться туда и убить, решил он, забыв, что все происходит на экране, а не в жизни. А где они сейчас? Может, там же и так же…

– Видишь, Петя, какой ты добрый: бабой делишься! А башлями почему не хочешь? – ласково спросил Ладо.

– Уф. – Козырев с трудом перевел дух от увиденного, возвращаясь в не менее черную для него действительность.

Да, жизнь рухнула. Но почему – вся? Это только часть жизни: казино, дрянь эта… У него же есть кое-какие деньги, голова на плечах, сын, наконец! Вынуть кассу и рвануть сегодня же в Лондон! А суку эту и не подпускать к Сашеньке! И оттуда же начать дело о продаже казино, чтоб увести его из-под носа Ладо и Гиви. Уж в Лондоне он сумеет выиграть любой процесс – там ни их, ни ее братца не будет… А зачем так сразу? Нужно поднакопить денег, дом потихоньку продать, чтоб не с пустыми руками ехать. А сволочам этим нужно обещать все, что они требуют, чтоб не заподозрили обмана, потом снять пенки по максимуму и смыться.

– Ладно, ваша взяла. Куда мне деваться… – изобразил он полную обреченность.

– Так-то лучше. Но не вздумай кинуть нас. Мы тебя и в Лондоне достанем, и в Швейцарии, – снова угадал его мысли Ладо. – Включи-ка.

На этот раз на экране возник откровенничающий Брейн.

– Как только это дело всплывет, тебя из любого угла назад выдадут, а тут мы тебя встретим в Матросской Тишине – уж там-то наших людей полно, – снова заскрипел смех Ладо. – А так вы неплохую дурилку с этим хлюпиком замастырили. Давай-ка и на остальных столах устраивай такие же – нам много денежек отмыть нужно, да и тебе легче будет должок отрабатывать… Ладно, хватит топтать парня, – решил он. – Гиви, расскажи-ка ему, что он может приобрести, работая на нас.

Гиви с гордостью достал свой любимый планшет с проектом, расписал все его преимущества и перспективы работы Козырева в новом казино в качестве управляющего с долей от прибыли.

– Но чтобы откусить всех этих благ, Петр Ильич, – забыл вдруг Петушка Ладо, – тебе придется на нас поработать дополнительно. Дело в том, что мне совсем не светит делиться с Рифатом, хоть я и обещал ему. Но обещал-то я живому, а с мертвым нечем делиться. Понятно объясняю?

– А чем я могу быть тут полезен? – удивился Козырев.

– Ну, дорогой, ты у нас не только клоун, но и фокусник немного, а? Вот и прояви смекалку. Ладно, иди и подумай как следует. Если что будет нужно – поможем…

Петр вышел абсолютно подавленный случившимся. Но, подходя по стеклянному переходу к своему – к своему ли еще? – казино, он принял обычный деловой вид, и никто из окружающих не заметил в нем перемены и не забеспокоился.