Римские легионы свергли Птолемеев и установили новый порядок – протянули подземные виадуки и возвели четыре водонапорные башни, понастроили в Гермополе фонтанов и терм, а холм со святыми местами превратили в крепость. Египетский сокол Хор скромно подвинулся на насесте, уступая место римскому орлу…

Хемену показался перед обедом – выглянули пальмы из-за белых стен, чередой пошли египетские аллеи сфинксов и расписные пилоны, похожие на трапеции, эллинские фронтоны с колоннадами и портики, римские аркады и базилики. Три цивилизации сошлись в Хемену, уважительно тождествуя, всем хватило места – и людям, и богам.

– К берегу! – скомандовал Сергий, и Уахенеб, сидящий за рулевым веслом, направил сехери в гавань.

– Когда ж я, наконец, высплюсь по-человечески? – простонал Искандер и зевнул, зверски выворачивая челюсть. – Никаких шансов…

– Рот закрой, – хихикнул Эдик, – муха влетит!

– Тут, ниже по течению, деревенька одна есть, где стоит мой дом… – неуверенно заговорил Уахенеб. – Можно переночевать там.

– То, что надо! – оживился Сергий. – Тогда сделаем так… Всем в город переться не стоит, ни к чему пугать мирных обывателей. Отправлюсь я, Эдик, Искандер и Гефестай…

– И я! – дополнила список Неферит.

– Ну, куда ж без тебя, – улыбнулся Роксолан. – А вы, – повернулся он к рабам, – тогда прямо в деревню, поможете Уахенебу. Берите сехери, и полный вперед… Только нас высадите!

– Это мы мигом! – расцвел Уахенеб.

Акун расплылся в добродушной ухмылке, понимая чувства товарища.

– Сергий! – окликнул Регебал. – Вы бы хитоны накинули!

– Точно! – сказал Искандер. – Тут эллинов больше, чем роме!

Сехери мягко подвалила к пристани. Роксолан накинул на себя белый хитон, открывая левую руку, и застегнул легкую ткань на правом плече.

– Помнишь, босс, – заговорил Эдик, – как мы в баню ходили под Новый год? Ну, там, в Москве еще? Точно так же простынями обматывались!

– Ирония судьбы, – хохотнул Искандер, – или с легким паром. Вылезай, давай!

Сергей перебрался на берег, помог сойти Неферит, и помахал вслед отходившему сехери.

– Нож никто не забыл взять? – оглядел своих Лобанов. – Двинули.

– Добро пожаловать в город-герой Гермополь! – с чувством выразился Эдик.

– Знаешь, что самое интересное? – обратился Сергий к Искандеру. – Когда я в первый раз это чучело встретил, он изображал из себя напыщенного горца, сурового, такого, надменного, слова лишнего из него не выжмешь.

– Наверное, это на него так хронополе повлияло, – осенило Искандера.

– Хренополе! – пробасил Гефестай. – Разболтался просто…

– Да-да-да, – подхватил Роксолан. – Вы правы, коллеги! Налицо спонтанная психокоррекция с темпоральной активацией второй сигнальной системы…

– Обижаешь, босс? – горько осведомился Эдик. – Конечно… Чего б лишний раз не ущучить бедного пролетария?

– Слушай, давно хотел спросить, – сказал Сергию Искандер, – а чего он тебя вечно боссом прозывает?

– А того, – буркнул Лобанов.