|
То, что смогла сделать для него бригада испытателей со своим летающим «ведром», не смог бы сделать никто. Так, видимо, казалось Василькову. А Владимир Алексеевич был уверен, что пара толковых офицеров спецназа ГРУ, например, он сам вместе с капитаном Радимовым, смогла бы сделать то же самое. Разница была лишь в том, что летающее «ведро» не оставило следов на снегу, а разведчики не были тенями, и потому следы оставили бы обязательно. Но БПЛА ВВП сделал, по большому счету, настоящее чудо, и Тамара Васильевна – тоже, сумев отыскать большой дом, соединяющий два отдельных двора. Чуда грех было не признать. Особенно удачно прошла завершающая часть разведывательного полета, когда майор Ставрова опустила управляемый аппарат почти до земли, при этом сумела из вертикального положения перевести его в горизонтальное и заставила замереть именно так. Подобную возможность «вентилятора» не знали даже Авсеев с Осмоловым, и потому в напряжении встали за плечами майора Старогорова, чтобы видеть все, что показывал монитор. Но Тамара Васильевна попыталась, и у нее получилось. Сначала она попробовала заставить «вентилятор» зависнуть в таком положении на большой высоте, а потом спустилась на малую, и там повернула прибор прямо против светящегося окна дома. Штор на окнах помещения, из жилого превратившегося в производственное, естественно, никто не предусмотрел. И это было на руку милиционерам. Они сами смогли увидеть, как идет работа на предприятии, которое трудно было бы назвать водочным заводом, поскольку водку там не производили, а только разливали, разбавляя технический спирт водой из-под крана. А потом ручными аппаратами ставили пробки и наклеивали красочные фирменные этикетки и даже, как удалось рассмотреть, акцизные марки.
– Вы нам все сделали. Теперь можно брать… Запись, кстати, велась? – Обязательно, – гарантировал майор Старогоров. – Значит, я вызываю бригаду ОМОНа. Спасибо вам, большое дело сделали… Действия майора Ставровой были оценены по достоинству, поскольку именно она смогла выкрутиться из ситуации, когда на летательный аппарат было установлено только две камеры – простая и инфракрасная, и обе работали в режиме вертикального показа. Поставить камеру на горизонтальный показ испытатели изначально не догадались, а оказалось, что это и не нужно. БПЛА ВВП умел обходиться и малыми силами. Подполковник Васильков встал, вытащил телефон из кармана и отошел в сторону, чтобы позвонить, когда в калитку громко и требовательно постучали. – Хозяева! – раздался молодой голос с сильным кавказским акцентом. – Открывай… Испытатели переглянулись и стали быстро упаковывать свое оборудование. Только одна Тамара Васильевна, передав джойстик в руки Владимиру Ивановичу Авсееву, пошла было к калитке, но подполковник Кирпичников остановил ее, ухватив за локоть. – Я умею с ними разговаривать, – тихо прошептала майор Ставрова. – Гипноз? – спросил Владимир Алексеевич. Он читал отчет о первой операции группы, когда Тамара Васильевна в костюме цыганки с помощью гипноза сняла два поста боевиков на дороге. Но здесь ситуация была другой. Сам костюм цыганки готовил боевиков к тому, чтобы быть загипнотизированными. Армейский камуфляж же будет направлять волю в другую сторону. – Антуража нет, – предположил Кирпичников. – Может не получиться. – Я попробую, – настаивала Ставрова. В калитку постучали снова. Еще более сильно и требовательно. И раздались какие-то голоса. Разговаривали не по-русски. Но, по крайней мере, можно было выделить не менее трех голосов. Васильков посмотрел на Кирпичникова, словно спрашивая совета. Остальные милиционеры смотрели на Василькова. Кирпичников выпустил рукав майора Ставровой и согласно кивнул, одновременно другой рукой делая знак подполковнику, чтобы тот зашел за машину. |
