– Между прочим, очень интересная, – ответил он негромко. – Может, тебе действительно книгу написать, а, Лилли?

– А может, сам напишешь? – спросила Лилли. – Про Кэрол Роберг вышла бы неплохая глава.

Рой поднялся. Он холодно кивнул, взял шляпу и направился к двери, но потом остановился и развел руками.

– Лилли, – сказал он, – ну чего ты добиваешься? Что еще я могу сделать в этой ситуации с Кэрол, если уже столько наворотил?

– Ты меня спрашиваешь! – горько воскликнула Лилли. – У тебя хватает наглости стоять там и спрашивать, что тебе делать?

– Хочешь сказать, я должен был на ней жениться? Попросить ее стать моей женой? Брось, что ты! Я ведь ей не пара!

– Боже, боже, – простонала Лилли.

Рой покраснел и натянул шляпу.

– Извини, я тебя все время разочаровываю. Я лучше пойду.

Лилли смотрела на него, а он все еще медлил.

– Второй фокус за вечер! – сказала она. – Вот он все еще здесь, а когда он уйдет, никто не разберет.

Он ушел, хлопнув дверью.

Сперва он быстро зашагал по коридору, потом замедлил шаг и остановился, размышляя, не повернуть ли ему назад. В это же время Лилли вскочила со стула, направилась к двери и вдруг замерла, не зная, что же ей делать.

Они были похожи – две части одного целого. На секунду они действительно стали одним.

Но секунда прошла – секунда перед убийством. А потом каждый сделал свой выбор, наплевав на инстинкты. Каждый, как всегда, выбрал свой собственный путь.

15

Рой устроил себе поздний ужин в ресторане неподалеку. Ужинать в ресторане было просто здорово. Он жадно ел, и эта мысль все время вертелась у него в голове. Рой привык к ресторанам. По большому счету, сколь ни отличались друг от друга сами заведения, пища в них обладала каким-то общим свойством, и привычка к ресторанной еде была сродни привычки младенца к материнскому молоку. Вкус и качество блюд в ресторанах служили подтверждением хорошо известному наблюдению, что чем сильнее вещи меняются, тем больше они становятся похожи.

Точно так же Рой был рад возможности снова очутиться в своей постели в гостинице. Как бы то ни было, постель была частью его территории: похожая на многие другие, но предназначенная именно для него, приятно воплощавшая все постоянное и все временное в жизни. Возможно, в его мечтах Кэрол делила с ним эту постель, и при этой мысли он сморщился и чуть не застонал. Но ему на помощь быстро явились другие призраки, более привычные и сговорчивые. Они хотели от него того же, чего и он от них: чувственного проникновения, которое не оставляло бы ни малейшего следа и достигало бы кульминации, не затрагивая ни мысли, ни совести. Можно было быстро окунуться в воду или долго плескаться на отмели, не боясь того, что тебя накроет волна.

Так или иначе, Рой Диллон в эту ночь спал великолепно.

Проснувшись рано утром, он некоторое время лежал в позе, характерной для всех людей, только что открывших после сна глаза. Руки сцеплены под головой, взгляд бесцельно бродит по потолку, мысли где-то витают. Потом он живо вскочил с кровати, умылся, оделся и вышел из гостиницы.

Рой позавтракал, сходил в парикмахерскую, настроил себя на работу и вернулся в номер. Принял ванну, переоделся в новую одежду, включая шляпу и ботинки, и снова покинул гостиницу.

Выведя машину с парковки, Рой влился в уличный поток.

Сперва он ощущал некоторую неловкость, слегка нервничая после длительного перерыва в вождении. Но это быстро прошло. Через несколько кварталов он уже чувствовал себя уверенно, ведя машину с привычной легкостью, не концентрируя на этом внимания, как машинистка не думает о пишущей машинке.