Варя сдержала себя, но продолжала улыбаться:

— Хорошо, может быть, в этом как раз что-то и есть. Зритель останется в неведении.

Я просиял:

— Вот именно! Вы умница, вы все поняли. Я как раз давно хочу снять нечто такое загадочное, что оставит в недоумении, в неведении… Это вы очень точно сейчас сказали. Мне просто самому — как зрителю — до смерти надоели все эти одинаковые фильмы…

— Я вас тоже понимаю, — поддержала Варя. — Как зрительница я еще, может, могу такие фильмы вытерпеть. Но сниматься в них — это… Я совсем немного снималась на самом деле, но все это ерунда. Почти все. Я же еще снялась у Валеры — мы так и познакомились, — и вот этот его фильм мне нравится…

Я задумался: сказать ли, что уже видел все фильмы с ней? Но тогда, какой бы пьяной она ни была, она уж точно поймет всю нашу с Волнистым дешевую игру… Значит, увы, опять придется лукавить. А говоря напрямик — элементарно врать.

— Слышал про этот фильм, — отозвался я. — Обязательно посмотрю в скором времени.

— Не судите меня строго, — немного смутилась Варя.

— Что вы, уверен, вы сыграли прекрасно.

— Почему вы так думаете?

— Интуиция.

— Режиссерская?

— Конечно.

— А вы хороший режиссер?

Тут пришел черед смущаться мне.

— Знаете, если я скажу «да», то это будет…

— Да, вы правы, — засмеялась Варя. — Это, конечно, не дело — такие вопросы вообще не задают. Это только потому, что я выпила, а то бы я… Ну да, это как если бы у меня спросили, хорошая ли я актриса, а я бы в ответ: еще какая!.. Это было бы так ужасно, просто по́шло!..

Варя действительно была уже очень пьяна, но я умилялся, слушая ее. Первый раз видел девушку, которая так трогательно выглядит в опьяненном состоянии. Обычно поддатые дамочки меня раздражают даже и тогда, когда я сам не менее поддат…

— Одним словом, не знаю, какой я режиссер, — сказал я, вновь дотрагиваясь до ее пальцев, — но точно не такой, который хочет снимать тысяча первую вариацию того, что уже снято…

— Да-да, — опять поддакнула Варя, — что-нибудь там про колхоз, например. Уверена, вы никогда не снимали про колхоз!

— А у вас тоже, оказывается, интуиция, — в шутку протянул я.

— Просто для меня если человек снимает про колхозы, — язык Вари уже немного заплетался, — то он для меня вообще… Я снималась у одного украинского режиссера — и это, знаете… Это была просто первая роль, а то бы я ни за что… Я даже и смотреть не могу про эти колхозы, а не то чтобы…

19

— Ну тогда мой сценарий как раз должен был вам понравиться, — вставил я. — Хотя бы от противного. Он ведь максимально далек от таких как раз кондовых советских сценариев…

— Вот именно: кондовых! — Варе чем-то приглянулось это слово. — Кондовых, да… Не люблю ничего кондового…

— Чего-чего, а никакой кондовщины в моем сценарии нет, — съюморил я.

— Значит, я люблю и ваш сценарий, — без иронии ответила Варя. Впрочем, какая уж ирония в таком состоянии…

«Так-так, — раздумывал я. — Сейчас ничего не стоит заручиться ее согласием. Но назавтра она может попросту не вспомнить о нем.